Книга Северный Альянс, страница 32 – Вячеслав Киселев

***

– Ну что Добрый разомнемся малеха, а то задолбался я в карете сидеть? – потягиваясь, для проформы спросил я, заранее зная ответ.

– Даже не вопрос командир, если это дезертиры, то на них по любому кровь есть! – с ноткой злости ответил Добрый.

– Давай одну тройку на охрану, остальным ночную форму, ножи, арбалеты и пистолеты! – дал я отмашку и сам полез в карету переодеваться в специально пошитый легкий костюм из черной ткани.

Через десять минут восемнадцать призраков ночи стояли передо мной.

– Идем двумя группами. Я и Рига с тремя тройками слева, Добрый справа, с тобой остальные, интервал триста метров. Двигаемся полчаса, потом сбор и уточнение задачи. Сигналы стандартные. Попрыгали! – поставил я боевую задачу и безликие призраки растворились в ночном лесу.

Ночь была достаточно лунная, чтобы спокойно держать направление и не заблудиться в ночном лесу, главное не забывать делать поправку на время. Через двадцать минут движения, я уже было подумал, что тянем пустышку, как чуть впереди мелькнул небольшой огонек. В это время, справа раздался крик выпи, вторая группа тоже обнаружила противника.

Сигнализировав сбор, я отправил тройку Грохота вперед осмотреться. Вернувшийся через десять минут Грохот доложил, что впереди на поляне догорает костер, а вокруг спит человек тридцать в прусской форме, имеется несколько ружейных пирамид и полное отсутствие охранения. Что и требовалось доказать. Разделившись на три группы, мы охватили подковой спящий лагерь и по сигналу, бесшумно двинулись вперед. А через пять минут началась резня.

Зажать рот рукой, одновременно придавливая тело коленом и аккуратно ударить стилетом в ухо. Мгновенная смерть. Коса смерти безмолвно двигалась с трех сторон к центру лагеря, в котором оказалось немного больше солдат, чем насчитал Грохот, как вдруг в дальнем углу, у ружейной пирамиды, проснулся один из обитателей лагеря и завопил, как петух на утренней зорьке. В принципе, понять его можно. Спишь себе, никого не трогаешь, открываешь глаза, а вокруг ходятчерные молчаливые фигуры без лиц. После такого, можно даже не вставать, туалет на месте обеспечен.

Первый проснувшийся еще орал, но находившиеся около него трое солдат обладали более крепкими нервами и шустро похватали оружие из пирамиды и даже попытались привести его в боеготовое состояние. Ничего путного у них, конечно, не вышло. Двое оказались оперативно нашпигованы арбалетными болтами, а третьего Добрый пробил насквозь, метнув метров на пятнадцать ружье со штыком из стоящей рядом с ним пирамиды. Крикунубыстро перехватили горло ножом, а нескольких проснувшихся от крика солдат, не успевших схватить оружие, бойцы быстро успокоили руками и ногами, и на этом захват лагеря был завершен.

Обстановка в роскошном кабинете министра иностранных дел Франции в здании на Набережной Орсе, в Париже, была напряженной, впрочем, как и во всей Франции. Огромный государственный долг, потеря североамериканских колоний в ходе Семилетней войны и общий кризис в государстве, не внушали оптимизма. Что впрочем никак не влияло на жизнь любвеобильного короля Людовика XV, интересовавшегося лишь вопросом регулярной смены фавориток в своей постели и руководствовавшегося по жизни нехитрой формулой – «монархия продержится, пока мы живы, а после нас хоть потоп!». Поэтому, находившийся в кабинете триумвират, состоящий из канцлера и хранителя печатей короля Рене Николя де Мопу́, министра финансов аббата Жозе́фа Мари́ Террэ́ и хозяина кабинета герцога дЭгийона, после разгона парламентов по праву мог считать себя вершителем судьбы Франции.