Книга Вик Разрушитель #4, страница 63 – Валерий Гуминский

— Да что там изучать? — буркнул уязвленный Александр. — Обычный выскочка, поднявшийся в статусе благодаря случаю…

И ощутил обрушившуюся на него тяжесть, давившую на плечи и с хрустом в суставах заставившая его едва не упасть на колени. Мгновенно собравшись, Александр попытался выправить ситуацию, разрушитьментальную атаку и остаться на ногах. В какой-то мере ему это удалось, но неприятное ощущение, словно его сжали в тисках или в огромном прессе, осталось. Пришлось смириться с гневом отца. Ерепениться сейчас — себе дороже выйдет.

— Ты хотя бы выяснил, кто наставник княжича Мамонова? — спросил Долгоруков-старший. — Не знаешь? А я тебе скажу. Некий Куан. Он кореец или китаец, пока не ясно. А это о чем говорит? Княжича готовят по методу восточноазиатской магической техники. На это указывают все его движения, построенные по лекалам Дим-Мак, Субак, Тансудо, Хварандо… тьфу, язык сломаешь. Больше там корейского влияния, как мне объяснили аналитики, разобравшие ваш бой до мельчайших подробностей. Но дело не в этом. Мальчишка все время провел в защите, и только в самом конце нанес тебе сокрушающий удар одним кулаком, начисто снеся стихийный доспех. Делаем выводы, сын. Или ты дерьмово учился, или Мамонов превосходит тебя как Витязь — Новика.

Александр вскинулся как уязвленный, и попытался что-то сказать. Отец упреждающе поднял руку.

— Я не верю в твою слабость, сын, — отчеканил князь. — Слишком легко все списать на плохую подготовку или непрофессионализм родовых магов. Ты встретился с противником достойным и «нечитаемым», если так можно сказать. Если мальчишка и в самом деле Мамонов — а он уже внесен прямым императорским повелением в Русскую Родословную Книгу — то логично предположить, что его родовой Дар — Огонь, как и у нас. Даже не пестуя его столь тщательно, искра всегда проявит себя. Но княжич ни разу не применил огненную стихию, не облачился в защитный доспех, а просто разметал твои конструкты, даже не поморщившись. Это очень странно. Навевает на определенные мысли…

— Какие? — жадно спросил Александр.

— Я пока не готов делиться с тобой зыбкими предположениями, — отрезал Долгоруков. — Но с этого момента ты должен очень внимательно приглядывать за Мамоновым. Не обязательно впускать его в свой ближний круг, предлагать дружбу и всячески демонстрировать личное дружелюбие, если тебе это противно. Расспрашивай тех, кто общается с княжичем, интересуйся его жизнью, поговори с Булгаковыми. Ты же общаешься с Григорием, Дмитрием, Артемом?

— Понял, отец, — кивнул Александр.

— Анна ведь с ним в одном классе учится? — Степан Петрович поднялся с кресла и подошелк окну, выходящему в парк. Так и стоял, повернувшись спиной к сыну, демонстрируя свое недовольство, хотя сам намекнул, что проигрыш в дуэли был вызван стечением многих неучтенных факторов.

— Да.

— Как считаешь, Мамонов сможет увлечься твоей сестрой? Она достаточно привлекательна, чтобы обратить на себя внимание?

Александр опешил. Такого он от сурового родителя не ожидал.

— Отец, ты хочешь, чтобы Анюта…

— Отвечай на вопрос! — раздался хлесткий окрик-приказ.

— Как пожелаешь, отец, — склонил голову княжич. — Аня злится на Мамонова и не собирается дружить с ним, как некоторые одноклассники. Ее предпочтение, скорее, Сашка Вяземский и Борька Куракин.