Книга Вик Разрушитель #4, страница 252 – Валерий Гуминский

— Ладно, сын, отдыхай, — вздохнул отец, отпуская меня. — Завтра с утра вылетаем.

2

После плотногозавтрака мы оделись и вышли на улицу все вместе. Мама тоже решила полететь с нами. В длинной светло-серой шубе, в нарядных камусах, обшитых бисером, в меховой шапке она выглядела как настоящая местная красавица. Тонкие стрелки подведенных бровей, ярко накрашенные губы — помада в этих краях играет скорее защитную роль, обветриться можно за несколько минут — тщательно заплетенные в толстую косу волосы делали мою маму неотразимой даже в морозном тумане.

Я украдкой сплюнул, проверяя, не замерзнет ли слюна на лету, как меня пугали в Москве. Если затрещит, не упав на землю — значит, градусов шестьдесят, не меньше. Не замерзла, успешно долетев до сугробов, лежащих вдоль дорожки. Даже разочаровался немного.

Мы сели во внедорожник и выехали из распахнутых ворот на улицу, где нас уже ждало сопровождение. В одной из двух машин увидел Куана и Евгения Сидоровича. Значит, тоже летят с нами.

Вертолетная площадка находилась в пятистах метрах от особняка, где проживала мама, окруженная высоченными лиственницами. Снег с бетона был полностью убран, осветительные мачты сейчас терялись в клубах морозного пара, и пробивающийся сквозь них свет казался каким-то перламутровым. На самом краю площадки торчали какие-то деревянные постройки, вероятно, для персонала и охраны.

В середке, свистя лопастями, стояли две приземистые сине-голубые стрекозы. Пилоты, видимо, прогревали движки.

— Холодновато сегодня, Георгий Яковлевич! — подскочил к нам какой-то мужчина в тяжелой меховой куртке и в унтах. Шапка, надвинутая по самые брови, покрылась белыми хлопьями куржака. Изо рта у него вылетал теплый пар. — Масла и смазки загустеют!

— Антиобледенителем поверхность обработали? — повысив голос, спросил отец. — Ну и в чем дело? Сегодня минус сорок, не больше. Пойдем на высоте четыреста-пятьсот метров! Все равно весь маршрут проходит по безлюдным местам! Не ссы, Паша! В первый раз, что ли?

— Да я, как бы и не…, — завелся мужик. — С вами же сын полетит и жена! Я отвечаю за вашу и их безопасность!

— С нами будет маг! — успокоил его князь. — На машинах придется пять часов ехать, а по воздуху мы и за два справимся! Не хочу время терять! Так что готовься к взлету!

Мы поднялись по трапу и нырнули в полуовальную дверь. В салоне грохотало и свистело, поэтому один из пилотов показал жестом,чтобы мы надели наушники. Я обнаружил, что они лежат на каждом пассажирском кресле. Сначала помог маме, плотно подогнав по размеру, и увидев жест, что все в порядке, нацепил свои. Сразу же пропала какофония свиста лопастей и гула движков. Я занял место по правому борту, отец с матерью сели впереди меня, а Куан с Ломакиным — слева. Тяжело топая по металлическому полу, прошел Архипов, наклонился к отцу, что-то сказал ему, и тот кивнул.

Зам по безопасности покрутил рукой над головой, давая сигнал пилотам к взлету. Пол под ногами вздрогнул, движок надсадно загудел, и земля начала удаляться. Поднявшись над кронами деревьев, оба аппарата взяли курс на заснеженные равнины с едва видимыми пятнами лесов.

Надо признаться, отец меня вчера расстроил. Если этот… как его — Чакыр! — всерьез задумал отдать свою дочь за меня, нужно что-то предпринять такое, чтобы он раз и навсегда забыл обо мне. Может ли антимагия реагировать на оборотней? Почему я не проверил ее действие на Куане? Прилетим в поместье Мамоновых, вот и проведу эксперимент. Разве захочет любящий отец отдавать свою дочь такому монстру, чтобы гарантированно загасить ее Дар? Сомневаюсь. В общем, чем я буду казаться хуже для других, тем для меня лучше.