Книга Вик Разрушитель #4, страница 185 – Валерий Гуминский

— А вдруг билетов не будет? — заволновался я. С одной стороны, для меня хорошо. Сможем сходить куда-нибудь в более молодежное место. Но и видеть Веронику расстроенной не хотелось.

— Но это же не закрытое мероприятие! — рассмеялась девушка. — Здесь заходят и выходят одновременно. Билеты есть всегда. Их печатают в достатке. Но я подстраховалась, купила заранее!

Она вытащила из своей сумочки два картонных прямоугольника с золотыми виньетками по краям, помахала перед моим носом.

— Какая ты предусмотрительная! — восхищенно сказал я.

— А то! — задрала носик Вероника. — От вас же, мужчин, не дождешься подарка!

Куану пришлось заехать в «карман» неподалеку от галереи, так как возле крыльца остановку категорически запретили. Он распахнул дверь, чтобы мы вышли наружу. Вероника вцепилась в мой локоть.

— Куан, можешь своими делами заняться, — важно сказал я. — Как и договаривались,позвоню сам.

— Слушаюсь, господин, — наставник бесстрастно поклонился нам в спину.

— Какой забавный у тебя слуга, — покусала нижнюю губу Вероника, когда мы отошли подальше.

— Слуга, который может научить тебя технике «невидимого удара», — подсказал я.

— Так это он? — изумленно воскликнула девушка, распахнув свои чудесные глаза.

— Мой наставник, водитель, повар, — я засмеялся над реакцией Вероники.

— Ты должен обязательно его попросить взять еще одного ученика, вернее — ученицу, — в голосе девушки появились требовательные нотки.

— Сама и попроси, — коварно ответил я.

— Ух! — только и фыркнула Вероника. — Ладно, сам разрешил!

Мы зашли в огромное фойе, ярко освещенное огромной люстрой. Черные мраморные полы с вкраплениями слюды были похоже на ночное небо с мириадами звезд. Лепнина, зеркала, широкая лестница, ведущая на второй этаж, покрыта красной ковровой дорожкой. Это художественная галерея или чей-то аристократический особняк?

Возле стен расставлены стенды с фотографией худощавого бородатого мужчины со скрещенными на груди руками и в очках, через которые он отстраненно глядит куда-то вдаль.

— Гергард? — решил удостовериться я.

— Он самый, — кивнула Вероника, подтащив меня к гардеробной. Я помог ей снять приталенное пальто, разделся сам и отдал одежду женщине, получив за это один номерок на двоих.

Борис с Павлом маячили за нами чуть в сторонке, чтобы не мозолить глаза подопечной, и я был им благодарен. Хочется все же провести день с девушкой, а не с охраняемой особой.

Не все посетители шли на второй этаж. Часть людей сворачивала в коридоры налево и направо. Мы же поднялись наверх, где сразу же уткнулись в большое панно, выложенное из разноцветной смальты. На нем была изображено что-то из античного сюжета про богов и людей. Вероника, не останавливаясь, повела меня дальше, к очередному стенду с Гергардом.

А потом я увидел его картины, большая часть которых посвящалась обороне острова Рюген. Как художник со своей манерой написания Гергард меня не потряс. Видел техники и получше. Но то, как он передавал происходящее на полотне, заставило сердце забиться.

Лица. Передо мной раскрывалась галерея русских воинов: обычной пехоты, штурмовиков, пилотов ППД, магов. Гергард умело выписывал их лица и жесты даже в мешанине образов.Вот небольшая группа моряков держат оборону в порту Рюгена от накатывающих волн наемников-данов. Взрывы, черные клубы дыма, огонь, объявший крыши складов, пакгаузов и кораблей. Отчаянно-лихие парни в тельняшках сошлись в рукопашной схватке. Одна сплошная экспрессия: горящие в безумии атаки глаза, раскрытые в криках рты, и ощущаемая через картину жажда победить, но не пропустить врага дальше, в жилые кварталы портового города.