Книга Вик Разрушитель #5, страница 66 – Валерий Гуминский

— То есть помимо дара Разрушителя Андрей постепенно приобретает качества бойца духовных практик? — уточнил наследник.

— Я бы предпочел другой термин, — качнул головой чародей. — Духовные практики имеют иную природу, а то, что развивает Мамонов… Это тоже магия, но иной природы. Она основана на мыслеформах, влияющих на людей напрямую через ауру или сознание. Причем, второй вариант особо коварен. Попав под этот удар, вы всегда будете действовать так, как нужно менталисту.

— От этого воздействия можно укрыться амулетами, экранирующими враждебное поле, — заметил Елецкий. — У нас хватает таких одаренных.

— А если это будет не воздействие, но прямая атака, создающая образ оружия? Вроде палки, камня, направленного взрыва или внушения приставить к своей голове ствол пистолета?

Цесаревич посмотрел на отца. Тот уже не улыбался, сосредоточенно рассматривая блестящие бока самовара, а вернее — свое отражение и покручивал между пальцев чайную ложечку.

— Все эти выводы — чистой воды догадки, — сказал император, переведя взгляд на Брюса. — Ничего мы не узнаем, пока не выявим какие-то новые способности Мамонова. Георгий нам не даст своего сына «препарировать», и я запрещаю тебе, Александр Яковлевич, открыто демонстрировать свой интерес к княжичу. У нас завязываются интересные перспективы, портить которые нежелательно.

— Да, государь, — склонил голову Брюс. — Но у меня интерес сугубо профессиональный, сам же знаешь. Поэтому хочу сразу выяснить: могу ли я продолжать контакты с Разрушителем?

— Если они не выходят за рамки профессионального интереса, — усмехнулся Мстиславский. — Что Андрей остался антимагом — это даже хорошо. Стабильность порождает уверенность. А ментальное усиление… ну, такое себе. Пока ничего страшного для нас и союзников не увидел. Кто знает, вдруг князь Георгий изменит свое решение и захочет породниться с нами.

Юрий Иванович сердито кашлянул. Ему не хотелось снова поднимать вопрос о замужестве Лидии в ближайшей перспективе. Только если верить словам Брюса, Разрушитель не погасил Источник. А значит, появляетсянадежда, что союз его дочери с Андреем не станет губительным. Но как бы проверить?

Он не заметил облегченного вздоха князя Елецкого, продолжая размышлять о странной и нелогичной дружбе с кланом Мамоновых, к которой привело появление блудного сына Георгия Яковлевича. Мальчишка подобно вихрю, налетевшему внезапно при чистом и ясном небе, навел такого переполоха, что заставил заново пересматривать приоритеты Мстиславских. Точно — Разрушитель.

— Господа, — император встал. — Приятно было с вами пообщаться, но дела ждут.

Брюс и князь Елецкий намек поняли, и раскланявшись, вышли из комнаты.

Уже сидя в теплом нутре «Хорса», император спросил сына:

— Ты хоть что-нибудь понял из визита Брюса, Юра? Стоило так сломя голову ехать на полигон за пятьдесят километров от города, чтобы рассказать о приезде какого-то мальчишки?

— Ну, княжич Андрей не какой-то там мальчишка, — улыбнулся цесаревич.

— Я утрирую, а ты не имей такой привычки цепляться к словам своего государя, — погрозил пальцем Иван Андреевич. — Как ты сам думаешь, чего хотел чародей?

— Предупредить о новых возможностях Мамонова. По всей видимости у княжича после встречи с Источником появилось что-то такое, что встревожило даже флегматичного Брюса, — предположил младший Мстиславский. — Только он не хочет пока раскрывать чужие и свои карты. Чего-то ожидает.