Книга Вик Разрушитель #5, страница 65 – Валерий Гуминский

— Ай, не пожар ли, Александр Яковлевич? — пошутил император. — Сквозняк нагнал.

— Доброго дня и с легким паром, государь! — Брюс все же сделал едва видимый поклон ему и наследнику. — Владимир Данилович, рад видеть!

— Присаживайся, Александр Яковлевич, — Мстиславский-старший показал на свободное место. — Слуги наколдовали твой приезд. А я все думал, для чего четвертая вилка и нож на столе. Водку будешь?

— Не откажусь, — не стал прибедняться чародей. Он сел за стол и пригладил встопорщенные на макушке волосы, дав в руку чуть-чуть Силы. Своеволие прически, жившей по своим законам, всегда раздражало Брюса.

— Наливай себе сам, ухаживать некому, — Иван Андреевич излучал благодушие. Дождавшись, когда маг тяпнет рюмочку и закусит скользким рыжиком, сказал: — Надеюсь, у твоей новости нет длинной преамбулы? А томы уже собирались в Москву возвращаться.

— Из Якутска приехал княжич Мамонов, — Брюс отставил рюмку в сторону. — Вчера имел с ним удовольствие побеседовать. Он решил сразу же навестить библиотеку Магической Коллегии.

— Что здесь удивительного? — пожал плечами цесаревич и прицелился вилкой в очередного рака. — Соскучился парень по книгам.

— В этом нет ничего удивительного, вы правы, государь-наследник, — согласился чародей. — Дело в другом. Мальчишка вернулся из Ленска живой-здоровый. А что означает сие? Источник его принял!

— А ты уверен, Александр Яковлевич, что князь Георгий рискнул подвести сына к Источнику? — император сделал какой-то знак, и в комнате как по невидимому приказу появились двое слуг. Один из них поставил на середину стола пышущий паром самовар и заварной чайник, а второй принес чашки и розетки с медом и вареньем. Потом так же быстро вышли через незаметную дверь в глубине комнаты.

— Уверен. Инициация была. Я на досуге подумал, что Источник не смог подавить искру Разрушителя, но направил развитие Дара у Андрейки по иному пути.

— Объясни, — швыркнул чаем Мстиславский.

— Во время беседы с парнем я решил проверить его Дар и создал магоформу с легким коэффициентом поражения…

— «Браслет», что ли, решил накинуть? — хохотнул цесаревич.

Елецкий благоразумно молчал, потому как ничего не понимал, кроме одного: одноклассник и друг Вероники находится в центре какой-то оперативной разработки Мстиславских. А значит, его дочь могла ненароком пострадать от этих действий.

— Вроде того, — Брюс положил в чай ложечку меда и неторопливо размешал его. — Так вот, антимагия при нем осталась. И более того, стала агрессивной. Княжич отразил атаку и врезал по мне мощным ментальным образом…

Он замолчал, уткнувшись в чашку.

— Что за образ-то, господин маг? — сдерживая смех, поинтересовался император.

— Большая дубинка или шест, — буркнул Брюс. — Так шарахнул, едва голова не оторвалась. Успел закрыться.

Мстиславские — оба — захохотали, весело поглядывая на красного от смущения чародея. Князь Елецкий спрятал улыбку за чашкой. Брюс умел отличать злорадство от чистой и незамутненной радости. Поэтому и не сердился на такую реакцию. Скорее, он сознательно рассказал о казусе, чтобы выставить себя как обычного человека, которому присущи ошибки.

— Мамонов становится сильнее, — уверенно сказал он, когда смех прекратился. — Самое неприятное — от ментальной атаки невозможно увернуться. Она как невидимое оружие, бьет неожиданно и наповал. Магия материальна или хотя бы ощутима.