Книга Вик Разрушитель #5, страница 214 – Валерий Гуминский

— Да ну, какая-то дурная шутка, — я не хотел верить в услышанное.

— Мне все разжевала Арина, — княжич Вадбольский вздохнул и положил руку на мое плечо. — Так и есть. Иногда повеления императора или цесаревича просто передают по телефону через Канцелярию. Блин! Как же все невовремя. Андрей, а ты, случаем, не вляпался в какую-нибудь историю?

— Куда я мог вляпаться? — мной овладели раздражение и обида. — Из дома в лицей, из лицея домой, почти никуда не хожу, кроме как на тренировки с Куаном. И не настолько я значимое лицо, чтобы сам государь запрещал мне заниматься пилотированием и боями в экзоскелетах. А там только про официальные соревнования речь идет?

— Насколько я понял, иных формулировок не было, — ответил Артур. — Арина даже записала, что именно передали из Канцелярии. Короче, полная задница…

— Ты же аристократ, — я улыбнулся. Отсутствие полного запрета (хотя это самый настоящий нонсенс!) повысило мое настроение. — Тебе не положено так выражаться.

Вадбольский огорченно махнул рукой.

— Слушай, тогда я заберу свой «скелет», — у меня созрела одна мысль. Тем более, я все равно собирался передислоцировать «механика» в личную мастерскую в конце учебного года. — Можно же согласовать проезд своего транспорта на территорию лицея?

— Поговори с Дмитрием Сергеевичем, вдруг расщедрится, и лицейский грузовик выделит, — посоветовал Артур, и в это время зазвенел звонок. Княжич заторопился. — Ну, ты сильно-то не переживай. Попроси Лиду, она-то всяко разно узнает, за что императортак на тебя взъелся.

Мы попрощались, я вошел в класс и с мрачным лицом сел за свою парту. Девчонки выжидающе уставились на меня, но я лишь развел руками, дескать, сам не понимаю. Мишка Кочубей тоже заволновался, и лишь появление литераторши Анны Егоровны спасло меня от допроса.

Который мне все же устроили после уроков, зажав в углу.

— Говори, а то рассержусь! — потребовала Лида.

— Колись, братуха, — добавил Кочубей.

— Захочет, сам скажет, не давите, — сверкнула глазами Вероника.

— Ну и чего вы все на Андрюшу навалились? — Нина чуть ли не грудью встала на мою защиту, получив возмущенное фырканье коалиции княжон Мстиславской и Елецкой.

— Короче, мне запретили выступать в официальных соревнованиях. — сказал я. — Кажется, приказ пришел сверху, от императора.

— Да быть такого не может! — ахнула Лида. — Откуда дровишки?

— Арина Голицына может подтвердить. Не будет же она так шутить.

— Конец, — выдохнул Мишка Кочубей. — Плакал в этом году кубок.

— Команда сильная, без меня справятся, — возразил я. — Есть еще время подготовить парочку пилотов на замену.

— Ну нет, я это так не оставлю, — Великая княжна закусила губу, взгляд ее приобрел решимость, и я нисколько не сомневаюсь, что Юрию Ивановичу придется испытать всю ярость Лиды. — Такой скандал дома устрою, мало не покажется!

— Позвонишь вечером? — все-таки у меня оставалась надежда, что запрет — чудовищное недоразумение. За какие прегрешения государь поступил со мной так жестко? Тренировка с «арбалетчиками», где я сломал руку Дрозду? Ну… возможно, с большой натяжкой.

— Обязательно, — Лида ткнулась носом в воротник шубки, когда мы гурьбой вышли на крыльцо. — Ладно, всем пока! Увидимся завтра.

И она поспешила к «хорсу», подъехавшему прямо к крыльцу. Засуетилась охрана, грозно рыкнули машины сопровождения, готовые сорваться с места. Великокняжеский кортеж всегда передвигался по городу с большой скоростью.