Книга Вик Разрушитель 10, страница 156 – Валерий Гуминский

Хрясь! Мы влетели в балку тельфера, сминая плечевые бронепластины. У князя треснуло внешнее стекло щитка, у меня тоже появились какие-то проблемы. Я краем глаза заметил инфо-табло, на котором запрыгали красные цифры повреждений и схема брони с отображением мест повреждений. Используя максимальную тягу, теперь я тащил князя Оболенского вниз. Кажется, удар был приличной силы. Возможно, двигатель повреждён, и Владимир Артемьевич не может использовать его, чтобы спуститься на землю. Поэтому я знаком показал, что готов держать его, лишь бы не пытался вырваться из захвата. Князь, кажется, проиграл, но я могу и на ничью согласиться. «Атом» реально хорошая машина, но только не для контактного боя.

Оболенский ответным жестом показал, что принимает мою помощь. Мы спокойно спустились вниз, крепко сцепившись руками-клешнями друг в друга. Как только я почувствовал удар подошв о землю, прекратил подачу энергии в заплечный движок, разжал пальцы. Тверской князь похлопал меня по плечу и отвернулся, давая возможность своим техникам увести его в техническую зону.

Я тоже потопал к своим. Ворон и Петруха живо скинули с меня шлем и тут же стали его рассматривать. Ваня Гончар помог освободиться от перчаток. Я распахнул нагрудную броню и дождался, когда фиксаторы перестанут меня держать в нише «Бастиона».

— Сумасшедший! — бросилась ко мне Арина, и, не обращая внимания на влажную ткань комбинезона, обвила за шею. — Ты же мог не только князя Оболенского покалечить, но и сам поломаться!

— Зато нестандартное решение застало князя врасплох, — усмехнулся я. — Дайте кто-нибудь полотенце, пот с лица стереть.

Дайаана, всё это время находившаяся в технической зоне вместе с личниками и моей инженерной командой, тут же протянула мне полотенце.

— Хороший бой получился, — одобрительно сказала она. — Но в настоящей драке тебе пришлось бы очень тяжело.

— Да я и не спорю, — опустившись на табурет,я перевёл дыхание. Кто-то протянул мне бутылку с холодной водичкой. Взял не глядя, отвернул пробку и приложился к горлышку.

— Шлем повреждён незначительно, внутренний дисплей жив, но защитное стекло надо менять, — услышал я голос Ворона.

— Силовой каркас «Бастиона» деформирован незначительно, — тут же присоединился к докладу Лёша. — А вот большая часть пластин — тоже на замену.

— Каков вердикт? — не отрываясь от планшета, спросил Берг.

— Схватку продолжать нельзя, — решительно ответил Гончар. — Ладно бы пластины, но повреждение щитка — серьёзная проблема. А если он не выдержит ещё одного удара? Боюсь представить, что будет с Андреем Георгиевичем.

— Я сейчас иду к Оболенским, — Арина оторвалась от меня и уже дёрнулась к выходу за ширму, но я схватил её за руку.

— Не торопись. Пусть лучше князь сам выкинет белое полотенце.

— Думаешь, у него аналогичные проблемы?

— Даже больше, — уверенно ответил я. — Удар был очень сильный. Когда ты в броне, особо не ощущаешь, какие повреждения могут быть. Но «Атом» точно выведен из строя.

Я оказался прав. Пока механики осматривали «скелет», я вместе с девушками склонился над плечом Гены Берга, чтобы как следует оценить степень повреждений по инфографике.

— Господа! — раздался мужской голос из-за ширмы. — Разрешите?

— Заходите, — я с интересом стал ждать, что нам захочет сказать представитель Оболенских. То, что это мог быть именно он, сомнений не было.