Онлайн книга «Капкан Бешеного»
|
Продавцы открывали свои киоски, выгружали картонные коробки, пересчитывали товар, щелкали кнопками калькуляторов... Бомжи, старушки-пенсионерки и беспризорные дети уныло бродили вдоль палаток, выискивая в мусорных баках пустые бутылки, а то и что-нибудь съедобное... Первые посетители появились лишь в половиневосьмого — это были мужчины, и почти все, как один, — грязные, небритые, благоухающие водочным перегаром. Они словно сонные мухи перемещались от палатки к палатке и, едва не засовывая головы в открывшиеся амбразуры окошек, задавали один и тот же вопрос: — Девоньки, похмелиться есть? К счастью страждущих, найти опохмел на этом рынке не было самой большой проблемой: едва ли не половина ларь-ков торговала левой водкой!.. Цены выглядели завлекательно: «кепка», то есть бутылка с обыкновенной пробкой, — десять рублей, «винт» — двенадцать... Пересчитывая металлическую мелочь и мятые купюры, алкаши складывались на спасительную дозу и, купив в палатке реанимационную поллитровку, тут же выползали с территории рынка, чтобы скорее с ней расправиться... К десяти утра алкаши попёрли, как рыба на нерест... Поддельной водкой торговали в буквальном смысле по всему рынку: и в тех ларьках, где продавали исключительно сигареты, и там, где специализировались на продаже консервов, и там, где торговали тампаксами со сникерсами, и даже в палатках азербайджанцев-цветочников... Опытные завсегдатаи даже пытались сбить цены: мол, не продашь « кепку» за девять — пойду к конкуренту. Некоторые соглашались, тем более что конкурентов у каждого виноторговца было более чем достаточно... Вскоре появились и мелкие оптовики. В отличие от грязных ханыг, эти не торговались и, отсчитав деньги сразу за сто — триста поллитровок, живо грузили стеклянно звенящие коробки с надписями «Тампакс» и «Стиморол» в багаж-ники своих малолитражек... Уже после обеда на территорию рынка въехали две машины: молочная «девятка» и бежевая «шестёрка». Первый автомобиль остановился у входа, блокируя, таким образом, выезд, а «шестёрка» медленно катила по главной аллее. Не доезжая до конца, машина притормозила, и из салона выпрыгнуло трое коротко стриженных амбалов... — Боже, опять бандиты! — выдохнула торговка из палатки с надписью «Товары для дома», спешно выгоняя на улицу очередного алконавта. — Какое там! — отозвалась её товарка с соседней точки. — Недавно работаешь, ничего ещё не знаешь! Эти ещё хуже, чем бандиты! Это менты! И впрямь: в тот день на оптовом рынке Питера проводился плановый рейд УЭП — Управления по борьбе с экономическими преступлениями... После принятия Думой известногопостановления о гос-монополии на производство и продажу спиртного такие рейды практиковались едва ли не по всем российским рынкам... Вне сомнения, сотрудники УЭП владели какой-то оперативной информацией: то есть доносами стукачей, и потому, минуя череду однотипных киосков, бодро направились к палатке с надписью «Товары для дома»... Один милиционер встал у окошка, а второй, белобрысый, достав из кармана удостоверение, постучал в дверь. — Откройте, милиция! — деревянным голосом произнёс уэповец. За дверью послышалось бутылочное дзиньканье. — Что вам надо? — Плановая проверка!.. — Извините, мы сегодня не торгуем, — ответила находчивая продавщица, поспешно выставляя в окошке табличку: « Закрыто на санитарный день». |