Книга Физрук: на своей волне 2, страница 70 – Валерий Гуров

Постоял секунду, глядя на потолок, потом сунул одну руку в карман брюк, удерживая манекен подмышкой. Другой, крутя на пальце ключ, пошёл дальше, присвистывая мелодию.

Возле двери кабинета уже толпилась молодёжь из одиннадцатого класса.

Увидев меня, они сразу притихли, но тут же послышалось хихиканье.

— Владимир Петрович, а зачем вам манекен? — спросил долговязый блондин с кудряшками, как у болонки, вместо причёски.

— Узнаешь, — заверил я.

Я сразу отметил, что он тут главный — руки в карманах, ухмылка самоуверенная. Неформальный лидер, вокруг которого всё крутится.

Я остановился перед ним и бросил пацану связку ключей.

— Открывай ворота, — пояснил я.

— А чё я? — буркнул он, но поймал ключи и, ворча, подошёл к двери.

Замок щёлкнул, дверь со скрипом отворилась.

— Потому что ты ближе всехстоял, — пояснил я, проходя мимо него.

Класс зашёл следом, начав стучать стульями и бросая рюкзаки. Молодёжь рассаживались как попало.

Я же поставил манекен у доски, снял куртку и обвёл класс взглядом.

— Так, молодёжь, — сказал я, опершись о стол. — У меня к вам один простой вопрос. Давайте сразу определимся: жить будем дружно или будем ругаться?

Пару секунд висела тишина. Потом тот самый блондин с задней парты лениво бросил:

— Да как по кайфу, так и будем жить.

Я перевёл взгляд на него.

— Как звать, напомни?

— Прохор!

— Как по кайфу, Прохор, не получится, — пояснил я.

Прохор отвёл глаза, делая вид, что ему что-то срочно понадобилось в рюкзаке.

— Перед тем как начнём урок, — продолжил я, — договоримся о простых правилах.

Я показал классу пятерню и загнул указательный палец.

— Первое. Учитель всегда прав.

В классе послышался недовольный ропот. Я проигнорировал и загнул второй палец.

— Второе. Даже если вам кажется, что учитель не прав, а правы вы — учитель всё равно прав.

Ропот усилился.

— Ну и наконец третье. Догадываетесь, что будет третьим, или подсказать?

— Ага, — отозвался патлатый, тоже с задних рядов.

— Типа если ничего не понятно, то смотри первый пункт, что учитель всегда прав.

Я кивнул, усмехнувшись, и загнул палец.

— Кстати, хороший вариант. Возьму на вооружение.

Смех прокатился по рядам, и атмосфера чуть разрядилась. Но тут Прохор всё-таки решил показать себя во всей красе.

— А что, Владимир Петрович, у нас нет права на собственное слово и собственное мнение?

Я посмотрел на него, медленно подошёл ближе, постукивая костяшками пальцев по столешницам парт.

— Есть, — ответил я. — Если считаешь, что я неправ, то разрешаю тебе сделать по-своему.

Прохор растерялся — видимо, ожидал другой ответ.

— Серьёзно? — уточнил он.

— Более чем, — заверил я. — Только не забудь, что наш предмет называется «Основы безопасности жизнедеятельности». Так что каждый сможет на своей шкуре понять, где был прав, а где нет.

Пару секунд висела гробовая тишина. Я же стоял, глядя в глаза спорщику, и увидел, как в них мелькнула искра уважения.

— Ну давайте попробуем, по вашим правилам, — наконец сказал Прохор.

Он откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и улыбался дерзко, проверяя границы.

Я не стал улыбаться в ответ.

— Это не мои правила, — отрезал я. — Это правила, которые устанавливает сама жизнь. Тут всё просто: либо ты их соблюдаешь, либо рано или поздно тебе прилетает. И прилетает не в теории, а в реальности.

Прохор заёрзал на стуле. Я дал ему пару секунд переварить сказанное.