Книга Физрук: на своей волне 4, страница 50 – Валерий Гуров

— Ничего, — буркнула она раздражённо, не поднимая глаз.

Я задумался. Любовные дела всё-таки штука такая: если человек захочет, сам расскажет. А не захочет… то и бесполезно лезть. В конце концов, он её не ударил… Хотя, честно говоря, с таким отношением, когда тебя вышвыривают на улицу посреди ночи, до ударов там и правда недалеко.

Я промолчал. Не стал говорить, что видел всё сам. Пусть девчонка решит, рассказать или нет.

Но, видимо, судьбе было мало женских слёз за сегодняшний вечер. Милана всхлипнула, ноздри затрепетали, и через секунду она не выдержала. Её всхлип сорвался в рыдание. Она закрыла лицо ладонями и заплакала.

Ну и следом, сквозьслёзы, всё выдала, как на блюдечке.

— Владимир Петрович, представляете… — выдавила Милана сквозь всхлипы. — Он ведь меня замуж звал! Говорил, что свадьба будет в Италии уже следующим летом… А теперь вот выяснилось, что у него есть жена. И трое детей.

Она всхлипнула, прикрывая рот ладонью.

Я с трудом удержался, чтобы не усмехнуться… нет, смешно не было, просто сама ситуация была до боли знакома.

В общем-то, классика жанра. Мужику переваливает за сорок и подкрадывается кризис среднего возраста. Жена для него давно стала фоном, а он видит в зеркале морщины и лысину. Естественно, охреневает по полной программе.

Ну и идёт искать подтверждение, что ещё не старый и что по-прежнему может. Находит такую вот доверчивую девчонку — моложе, с огнём в глазах, с наивностью, которой ему давно не хватает дома.

Девчонка влюбляется, а потом, как обычно, оказывается, что у жениха есть семья, дети, ипотеки. Вот тогда от романтики остаётся только дым из выхлопной трубы, да шмотки в грязи.

И ведь каждый раз одно и то же, но каждый раз находятся те, кто ведётся.

Нет, в общем и целом, каждый живёт, как хочет, спору нет. Но тут важно одно — не переходить границы приличия. Хочешь налево — ради Бога, твоя жизнь, твои выборы. Только голову молодым девчонкам не пудри, не строй из себя рыцаря на белом коне. И уж точно не выкидывай их из машины посреди ночи, как ненужный багаж.

Да, времена нынче потише, чем были в девяностые, но всё равно. Если девчонка одна, да ещё в таком виде, ночью, у школы… ничего хорошего из этого не выйдет. Так или иначе найдётся тот, кто решит воспользоваться ситуацией.

Я скользнул по Милане взглядом. Нарядилась она, как водится, «для кавалера». Мини-юбка, хотя нет, скорее микроскопическая, в которой шаг сделать — уже подвиг. К тому же каждый шаг приходится придерживать рукой, чтобы юбка не задралась выше приличия.

Майка тоже тонкая, почти прозрачная, под курткой и без того было видно, что от холода ткань натянулась, грудь приподнялась, и выглядело всё это… скажем так, не для школьного двора.

Молодость, неопытность и вечное желание быть красивой для кого-то, кто того не стоит. Говорю же, классика жанра!

— Ясно всё, — наконец сказал я, глядя на Милану. — Будет тебе уроком на будущее. Считай, твой «молодой человек» преподал тебе хорошийурок по жизни. Теперь только от тебя зависит — сделаешь ты из него выводы или опять наступишь на те же грабли.

— Владимир Петрович, — школьница демонстративно закатила глаза, — вы прямо как мой отец говорите. Можно без нотаций, пожалуйста?

— Можно, — пожал я плечами. — Мне, собственно, и нотации читать некогда.