Книга Хозяйка пряничной лавки, страница 73 – Наталья Шнейдер

— Благодарю за честную сделку.

— Заходите еще, — буркнул старик, уже снова щелкая счетами. — Если опять «долги вернут».

Мы вышли на улицу. Нюрка тут же огляделась по сторонам — быстро, цепко, как воробей у хлебной корзины.

— Никто не смотрит, барыня, — шепнула она. — Идемте скорее.

Я вдохнула морозный воздух полной грудью. На груди грело серебро, рукав оттягивала медь. В чем-то тетка была права. Я привыкла к виртуальным счетам в банке, к цифрам в телефоне. Но сейчас у меня была реальная, тяжелая, осязаемая финансовая подушка безопасности. Пусть и совсем скромная.

— Ну вот, — сказала я Нюрке, которая смотрела на меня с благоговением. — Теперь в храм.

— Помолиться хотите, барыня?

— И это тоже, — кивнула я. — Но сначала мне нужен грамотный человек.

На полпути через площадь к церкви носа коснулся густой, пряный дух. Пахло душицей и мятой. Медом, корицей и имбирем.

— Сбитень, горячий сбитень! — заступил нам дорогу мужик. На спине у него висел завернутый в платок самовар. На поясе побрякивала вязка оловянных кружек. На ремне через плечо — короб. — Сладкий, душистый! Да с пряничками!

Нюрка тоскливо вздохнула. Я замедлила шаг… и вспомнила, как на катке разливали сбитень в одну и ту же кружку, даже не споласкивая. Внутренне передернулась. Герпес, гепатит и хорошо если не сифилис в подарок каждому желающему.

— Душу греет, сердце радует! — не унимался сбитенщик.

Запах настойчиво призывал проигнорировать микробы, положившись на юный здоровый иммунитет. Сбитенщик, приняв мое любопытство за согласие, скинул со спины самовар.

— Змейка — кружка, пряник — пятак, — провозгласил он.

После прогулки по морозцу, после того как я пригрелась в лавке менялы и снова вышла на улицу, сладкого и горячего хотелось до дрожи.

Из трубы самовара шла струйка темного дыма. По крайней мере, напиток достаточно горяч, чтобы микробы передохли. Но кружки…

Впрочем… Магия мне на что?

— Можно мне пару кружек, милейший? В смысле, в руках подержать?

— Да пожалуйста, голубушка, сделайте милость.

Он вручил мне кружки. Ледок на дне, мутные разводы на ободке. Б-р-р. Я сосредоточилась.

Мне нужен абразив. Лед. Я представила, как морозный воздух внутри кружек густеет, как влага мгновенно вымерзает, превращаясь в мириады колючих снежинок. Крошечные, твердые, как алмазная пыль. Спираль. Закрутить воздух. Быстрее. Еще быстрее!

Ледяная крошка внутри кружек взвыла, ударяя в стенки. Самая настоящая буря в стакане. Бешеное трение срывало со стенок жир и грязь, и оно же мгновенно разогревало лед.

Физика, бессердечная ты… спасительница. Переход кинетической энергии в тепловую.

Шшшшшуух!

Из кружек со свистом вырвался клуб перегретого пара. Лед вскипел, уничтожая все живое и неживое на поверхности металла.

Я чуть не выронила кружки: ручки нагрелись. К счастью, не настолько, чтобы обжечь. Внутри было сухо, чисто и стерильно, хоть операцию проводи.

— Ого! — воскликнул сбитенщик. — Мороз-то какой, аж парит железка!

— Наливай, — скомандовала я, подставляя горячую тару.

Мужик, ничего толком непонявший, повернул кран. Душистая темная жидкость наполнила кружки.

— И пряник. Один.

Нечего зря деньгами швыряться.

— И пряничек, барыня. — Он ловко подцепил с лотка темный кругляш. — Свежайший!

Я передала все Нюрке, рассчиталась с мужиком. Мы отошли на пару шагов. Я забрала у девчонки пряник и кружку, отпила глоток. Меда не очень много. Его вкус явно усилен добавками солодки, липового цвета и аниса. Но хорошо. Очень хорошо!