Книга Океанская Жемчужина, страница 89 – Лия Виата

Я в ответ покачала головой. Сейчас все мои силы уходили на то, чтобы не расплакаться. Эндрю тяжело вздохнул и взял меня за руку. Тепло его руки растеклось по мне, возвращая чувствительность пальцам.

— Не стоит сдерживать слезы. Лучше сделай вид, что меня здесь нет и поплачь вдоволь, — с участием произнес он, и выстраиваемая мною плотина прорвалась.

Я положила голову ему на плечо, уткнувшись в мягкую ткань рубашки носом, и громко разрыдалась. Принц не сказал мне ни слова, лишь обнял за плечи и начал медленно гладить по спине. Сидели мы так очень долго. Солнце успело полностью взойти на небосвод. Когда все запасы влаги из меня вышли, я осторожно смахнула камешки слез в фонтан, пока Эндрю ничегоне заметил. Он как истинный принц всё это время смотрел куда угодно, но не на меня. Почувствовав, что мои плечи перестали трястись, он вытащил из кармана платок и протянул мне его.

— Спасибо, — промямлила я и быстро убрала остатки слез с лица.

— Что случилось, Лави? Тебя кто-то обидел? — вновь спросил он.

— Нет, — сухо ответила я, а потом почувствовала жгучее желание выговориться и добавила: — Я просто разочаровалась в самой себе.

— Почему? — Лицо принца вытянулось от удивления и непонимания.

— Это долгая история, но если кратко, то сегодня я по-настоящему осознала, что именно из-за меня умер дорогой мне человек, — промямлила я.

Эндрю нахмурился, а потом медленно ответил:

— Я, конечно, не знаю всей истории, но твердо уверен, что твоей вины в этом нет. Ты совсем не похожа на убийцу.

Посмотрела на принца и отчаянно замотала головой.

— Я пошла туда, куда не следовало. Мама спасла меня, но назад не вернулась, и это полностью моя вина. Её убила я!

Эндрю вздрогнул от моих слов и повернулся ко мне лицом.

— Лави, посмотри на меня! — таким тоном приказал он, что я не смогла не подчиниться.

Я вновь посмотрела в его серые глаза и застыла. В них отражалась моя боль и его злость. Эндрю действительно переживал за меня.

— Ты не должна нести на себе ответственность за решение, которое приняла твоя мама. Если она поступила так, значит, любила тебя и не хотела бы видеть твои страдания ни тогда, ни сейчас, — твердо произнес он.

Его слова немного отрезвили меня. Раз я начала вспоминать всё только сейчас, мама использовала колоссальное количество магии. Эндрю прав. Она не хотела, чтобы я помнила всё это и мучилась от вины. По этой же причине Милли приняла решение лишить себя голоса, но не рассказать о последних мгновениях жизни мамы. Она знала, что это убьет нас всех и сделала всё, чтобы защитить своего возлюбленного, его семью и весь народ Империи.

— Лави, ты поняла меня? — привлек к себе внимание Эндрю.

Кивнула ему в ответ.

— Спасибо. Мне уже стало легче, так что можешь отпустить меня, — произнесла я, намекая на его руки на своих плечах.

Он нахмурился больше, но даже не подумал убрать их. Между нами начало появляться напряжение. Я слишком остро ощутила его присутствие рядом. Мой взгляд опустился на его губы. Впервые со вчерашнеговечера в памяти воскресла приятная картинка нашего поцелуя, и мне захотелось повторить его. Поддавшись порыву, я легонько коснулась его сладких губ своими, а Эндрю с готовностью ответил на поцелуй. Он придвинулся ближе и притянул меня к себе за талию. Моя рука оказалась на его груди, и я ощутила пальцами бешеный стук его сердца через тонкую белую рубашку. Этот поцелуй длился долго и был наполнен нежностью, мягкостью и осторожностью. Мы прощупывали границы друг друга, не зная как далеко нам можно зайти.