Книга Океанская Жемчужина, страница 67 – Лия Виата

Энже послала мне благодарную улыбку, а потом предложила всем поесть. Теплый огонь и вкусная еда немного отогрели нас. Энже заснула. Лави тоже начала клевать носом. Я подошел поближе к Марку и сел рядом. Вид у него был затравленным.

— Если ты мне сейчас скажешь, что акула — это твоя вина, то я тебя ударю, честное слово, — произнес я.

Марк скривился, но ничего не ответил. Если у моего лучшего друга и первоклассного бойца и была какая-то слабость то только стойкое убеждение в том, что он проклят Нептуном. Каждый раз, когда он выходил в открытый океан с ним происходили какие-то неприятности, но на территории почти береговой линии такое произошло впервые. Ему, впрочем, это не мешало обвинять себя сейчас в смерти мальчишки, которого он толком не знал.

— Она так же, увы, не думает. — Марк указал головой на Лави, которая ещё на лодке обвинила его во всем происходящем.

— Думаешь, она в тот момент отдавала себе отчет в том, что говорит? — спросил я.

Друг задумался, а потом пожал плечами.

— Если хочешь, то можешь попытаться расспросить её, — заявил я, понимая, что этот вопрос слишком сильно его гложет.

— Как? Вы же заключили перемирие…

— Вот именно. Мызаключили перемирие, но ты в него третьей стороной не входил. — Я похлопал его по плечу и встал, чтобы перебраться поближе к огню. — Дам тебе ещё один совет — метод кнута с ней работает плохо.

Марк серьезно кивнул, а я вернулся на своё место и выглянул наружу. Шторм начинал потихоньку заканчиваться.

Вода хлынула в нос мощным потоком, а я вдруг осознал, что не могу сделать ни единого вдоха. Бесполезные ноги били в разные стороны скорее мешая плыть, чем помогая. Грозная акула с белым брюхом зависла сверху. Я знал, что она неминуемо кинется на меня, но это не помогло. Всё внутри меня заледенело, отправляя в тот злополучный прилив, когда лишился семьи, имени и дома.

* * *

Мои руки судорожно сжались в кулаки. На один взмах хвоста подумал о том, чтобы сбежать, но грозный взгляд отца остановил меня.

— Зар, ты справишься. Акулы никогда не трогают тех, кто сильнее их. Покажешь им свою непоколебимую волю и вернешься домой, — мягко произнесла мама, улыбаясь такими же заостренными зубами, как у меня.

Нервно сглотнул и кивнул ей, хотя её слова меня не убедили. В темных глазах мамы засветилась не напрасная тревога. К сожалению, я мало того, что родился раньше срока, так ещё постоянно болел и выглядел куда меньше своих ровесников. Отец сжал моё плечо, наклонился к самому уху и тоном, нетерпящим возражения, сказал:

— Не опозорь нас.

Мне не осталось ничего другого, кроме как кивнуть.

— Кандидаты, немедленно соберитесь на площади в круг. Мы уже скоро выплывем к полю, — раздался зычный голос учителя.

Отец отпустил меня, а мама быстро поцеловала в щеку. Я улыбнулся им, ещё не зная, что больше никогда их не увижу, и вплыл в стайку своих крепких сверстников. Они в отличие от меня были расслаблены. Тут и там слышался их смех. Я понимал их лишь отчасти. После успешного прохождения испытания, нас всех, наконец-то, официально примут в Акулий клан. Это давало много привилегий, но самая главная из них — тебя перестанут считать несмышленым мальком. По этой причине настроения на площади царили радостные. Лишь мне было не по себе.

Крепко сложенный учитель посчитал нас, кивнул и поплыл к акульей стае. Мы покинули пределы нашего небольшого и не самого богатого поселения, проплыли через туннель в скале и оказались на огромном пустынном пространстве.