Книга Мышь и драконье пламя, страница 17 – Агата Лэйми

Фиби, пошатнувшись, переплетая длинную ногу за ногу, отступила на несколько шагов в сторону, взглянула на дракона обиженно из-под пушистых и длинных ресниц и быстро, уязвлённо шагнула за дверь, обдав напоследок жгучим, полным ярости взглядом.

— Мышь… Мейси, — хрипло произнёс, продвигаясь вперёд. Внутри всё сжалось, дрогнуло, перевернулось от его баритона, что проникал в каждую клеточку тела. Заметалась, забыв про боль в хвосте, ища спасительную норку, щёлку, лаз, где можно было избежать встречи с моим мучителем. Все говорят, что кошки — это вода, но это неправда, многие просто не видели в деле мышей! Мы способны протиснуться в любую щель. — Ты не можешь не влипать в неприятности, да? — пальцы осторожно обвили маленькое тельце, с ловкостью вырвали меня из укрытия, прервав мой бег к намеченной цели.

Попыталась выскользнуть из его пальцев, спастись бегством от его горячих рук, бархатистого голоса, что окутывал, словно дымка вокруг, дурманя сознание. И пусть он спас меня от смерти, видеть его здесь было выше моих сил после того унижения, которому он меня подверг, вынуждая чувствовать все самые худшие эмоции, которые только могла испытать.

И он… Он спас меня! Сердце пропустило удар от одного осознания, что, не приди Коул сюда, я осталась бы кашицей на полу. Будь в человеческом обличии, то, наверное, разревеласьот эмоций.

Тяжёлый вздох.

— Ладно, расскажешь в другом месте, — и взмыла вверх, а затем очутилась в кармане брюк дракона.

Какого фига, Коул?!

От возмущения хотела прогрызть дыру в его кармане, но в конце концов сдержалась, боясь случайно выпасть. А он продолжал меня нести уверенным, бодрым шагом. Мимо нас проносились голоса адептов, преподавателей, а я всё ехала в кармане, даже не высовываясь оттуда для того, чтобы оглядеться по сторонам.

И в итоге мой мышиный организм не выдержал, и я забылась сном и очнулась лишь, когда Коул вытащил меня из кармана, осторожно опуская на кровать.

Кровать!

— Да какого фига?! — двинулась вперёд, дубася его ладошками по груди, что вряд ли причиняло ему хоть какую-то боль.

Даже обратилась ради такого. Сразу спросонья.

Пальцы опустились на мои запястья, накрыв их со странной бережностью.

— Так ты благодаришь за спасение, мышь? — наклонился вперёд, горячий шёпот обжёг губы, перехватив дыхание, выбив обиду одним жестом. Вот опять. И как только это ему удаётся?

— Ты положил меня в карман! — выдохнула, ощущая дрожь во всем теле, в то время, как его рука по-хозяйски, медленно поглаживала запястье, разум кричал, вопил и требовал, сбросить его руку, отойти на несколько шагов и вообще немедленно покинуть спальню Коула. А вот тело… От одного его касания по телу пробегались мурашки, дыхание предательски сбилось, и хотелось почувствовать вкус его губ на своих… Ещё раз.

Секунда. И его ледяной взгляд, который жёг меня не хуже любого пламени, сменился, в нём появились смешливые искорки, а сам Коул тихо фыркнул, слегка покачнувшись с носка на пятку.

— А то, что тебя пытались убить, не смущает? — в его глазах плясали лукавые искорки. И пальцы, все это время неторопливо поглаживающие моё запястье, исчезли, и вместе с этим с моих губ слетел судорожный, нервный вздох.

Фиби, та самая Фиби, что увела моего бывшего, так что я ничего не заподозрила, теперь пыталась меня убить. И я ни за что, клянусь своим хвостом, не поверю, что она не могла отличить обычную мышь от оборотня!