Книга Запретная любовь в цветочном магазине, страница 44 – Агата Лэйми

— Ну вот, ты мне не доверяешь, — Элиас состроил несчастное лицо, глядя на Луну самым честным и невинным взглядом. Несколько раз моргнул и для пущей убедительности очертил пальцем невидимые слёзы на щеках, а затем притворно смахнул их. — Ты разбиваешь моё сердце, Луна! — рассмеялся, сложившись пополам. А затем двинулся вперёд, доставая из кармана смартфон, нажав что-то на экране, он продемонстрировал ей Мэй на экране, спокойно играющую в приставку. — Убедилась? Теперь ответишьна мой вопрос?

Его глаза недружелюбно, угрожающе сощурились, давая понять Луне, что больше увиливать она не сможет. Решения, порою их так сложно принимать. Особенно, когда дело касается чьей-то жизни. Водить за нос Элиаса, потянув время, как и обещал Брэндон? Луна уверена, что это не выйдет. И что бы она не выбрала, кто-то пострадает. Из-за её действий, и если бы Луна могла, она предложила бы себя вместо Мэй, ведь именно её решения разгневали Элиаса. Но тогда из-за Святого Обязательства погибнет и Брэндон, ведь сдержать его в таком случае не получится. Она пытается сглотнуть напряжённый комок в горле, тело словно немеет, отказываясь слушаться.

— Может быть… тебя устроит найти то, что Жюстин у тебя украла? — робко предполагает Луна. Язык не желает её слушаться, ворочается с трудом и, кажется, весит сотню килограммов.

Ответом ей служит громкий, безудержный смех.

— Конечно, дорогая Луна, — в глазах Элиаса весёлые искорки, — если ты хочешь получить Мэй частями. Мне нужна Жюстин, и ты либо находишь её, либо горько пожалеешь об этом.

Какой бы выбор Луна ни сделала, кто-то обязательно пострадает. Мэй или Жюстин. Можно ли верить Элиасу? Он ушел, оставив её в таком состоянии. На губах застывает вымученная, дежурная улыбка, а руки вцепляются в металлическую ручку ящичка столешницы. Элиас убил Гвэн, если верить сказанному, она погибла по вине Брэндона, когда тот ослушался Элиаса… Но можно ли ему верить? Да и какое значение имеет, помогает ли ей Брэндон из желания мести и возвращения возлюбленной или по другой причине?

— Здравствуйте, — перед ней возникает пожилой мужчина лет семидесяти. Лицо незнакомца испещрено морщинами, худой, высокий, в старой потрёпанной куртке бежевого цвета.

— Добрый день, я могу что-то подсказать? — вымученная улыбка скользит по её губам, а тон смягчился. Клиенты ни в чём не виноваты, но больше всего хотелось рвать и метать, швыряться вазами от собственного бессилия перед трудным выбором и информацией, которую ей подкинул незваный гость. Ещё и Ксавьер запропастился… Как он мог оставить её сейчас одну⁈ Этот непутёвый фамильяр и раньше пропадал, уйдя за чашкой кофе и вернувшись утром, встретив какую-нибудь дамочку. Но не мог же он так поступить и сейчас, когда они, наконец, были вместе? Или… мог? Губы непроизвольно поджимаются, а в душе поселяются первые семена подозрений. Это же не могло быть правдой, сейчас они вместе, наконец, после стольких препятствий. Он не мог так с ней поступить!

— У нас с женой годовщина, — в голосе мужчины слышатся тёплые нотки, а в глазах загорается влюблённый огонёк, мечтательно улыбается будто бы вспомнив что-то, затем вновь возвращается в реальность. — Мне нужен самый большой и самый красивый букет!

* * *

Ксавьер так и не объявился, и это заставляло Луну сходить с ума от разных мыслей, роившихся у неё в голове. Где носит несносного фамильяра? Она нервно шагает из стороны в сторону, обхватив себя руками. Тренировку пришлось отменить, а от всего услышанного от Луны Брэндон угрюмо замолчал, погрузившись в свои мысли, сложив ладони лодочкой и уперев в них голову.