Книга Не зли новенькую, дракон!, страница 66 – Агата Лэйми

— Понял, — выдохнул я хрипло. Голос был чужим, натянутым. Я не отводил взгляда. Не смел. — Уничтожишь. Сотрешь в порошок. Сожжешь дотла. Знаю. И заслужил. Сто раз заслужил, Фэйт.

Эван. Не Рейн, как обычно обращалась ко мне после правды про спор, не просто без имени, а Эван. Эван — как раньше. И никогда в жизни собственное имя мне не казалось ещё настолько важным, будто бы имело значение.

— У тебя есть только один шанс, и, если облажаешься, я тебя никогда не прощу, двухметровый идиот! — прошептала она под глухой удар моего сердца, которое упало куда-то в район пяток от медленного осознания, что это, кажется, прощение?

Дёрнулась вперёд, притягивая меня к себе, в порывистом, страстном поцелуе, от которого мурашки пробежали по позвоночнику, выбивая окончательно из головы все мысли, оставляя лишь всепоглощающее чувство её губ и ощущение тяжести в паху, пока Фэйт жалась ко мне всем телом, пока её руки скользили по моей спине, сминая рубашку и пробуждая во мне все самые низменные инстинкты. Руки сами скользнули к её бёдрам, уже привычным движением забираясь под ткань, касаясь нежной кожи на её ягодицах. Глухо застонал ей прямиком в рот, когда Фэйт толкнула меня вперёд, на кровать, устроившись на моём паху и намеренно медленно качнувшись, задевая мой возбуждённый орган, что оттопыривал ткань штанов. Это медленное, намеренное трение бедрами… Боже… Она терлась о мой возбужденный член сквозь тонкую ткань моих штанов и ее юбки. Я впился пальцами в ее бедра в тот миг, когда она провела ладонью с короткими чёрными ноготками по моему торсу, вызвав слабый нетерпеливый рык из груди. Она медленно, дразняще расстёгивала пуговицу за пуговицу, топя меня в собственных ощущениях, жгучем желании, что вытеснило все остальные чувства из разума.

— Фэйт, — я выдохнул, едва она разорвала поцелуй, сталкиваясь с её тёмными глазами, затуманенными желанием. Её взор сверху вниз побуждал во мне всё новые и новые низменные инстинкты. Губы, влажные, чуть распухшие, приоткрылись. Серебристая ниточка слюны тянулась от ее губ к моим. Фэйт выглядела дико, непокорно и чертовски сексуально.

— Помолчи, — прервала, качнувшись на моих бёдрах, заставляя приподняться выше, упираясь в её разгорячённуюплоть, прикрытую тканью кружевных трусиков, выбив очередной стон из моих лёгких. Пальцы сильнее вцепились в её бёдра, притягивая к себе ближе, почти насаживая, выбив уже из Фэйт лёгкий стон. — Не так быстро, — в её левой руке появилась фиолетовая блестящая лента в точности как её свитер, шёлковая холодная. Она обвила мои запястья с неожиданной силой, притягивая их к спинке кровати над головой. Шелк впивался в кожу — не больно, но ощутимо. Ошеломление парализовало меня на секунду. Я мог порвать ленту тенями, мышцами, одним рывком. Но... я замер. Потому что это была Фэйт.

В это мгновение её чёрные глаза казались бездонными, я наблюдал за тем, с какой жадностью она разглядывает моё тело, скользит взглядом по торсу, по кубикам пресса, что виднелись из-за расстёгнутой рубашки.

Её рука скользнула ниже к ширинке моих брюк, вынуждая дёрнуться ей навстречу, почти толкнуться в руку, сдерживая в груди странный умоляющий звук. Её ловкие пальцы потянули за молнию, освобождая меня от брюк, а затем и боксёров, выбивая из моих лёгких дикий гортанный рык, перешедший почти в стон, когда она повторила движение бёдрами, но уже по моему обнажённому органу, сводя меня с ума всё больше и больше, заставляя напрячь каждый мускул, чтобы не сорвать чёртову ленточку и не перевернуть её здесь и сейчас, войдя одним рывком.