Онлайн книга «Право на выбор»
|
— Вам все пояснят после дополнительного скрининга, — доктор избегает моего взгляда, я поднимаюсь, а кажется — остаюсь лежать. В ушах — непрекращающийся звон. Я несколько раз набираю Мара, пока жду в холле свое сопровождение неизвестно куда, но он не снимает. У Раш’ара сегодня учения, и он тем более не сможет ответить… Я оставляю обоим сообщение, прежде чем под присмотром трех врачей сесть в крупный кар, напичканный всевозможным оборудованием, явно медицинским — там меня просят отключить все средства связи, чтобы те не повлияли на его работу. Мы едем целую вечность — туры снова сканируют мой живот, берут кровь и прямо на месте начинают анализировать… от страха меня уже мутит и голова пустеет, достигаетсятакой предел паники и ужаса, что уже ничего не чувствуешь, кроме онемевших конечностей. Меня под руки выводят — хорошо еще, что не выносят — я краем глаза успеваю увидеть высокие дома из стекла, кары, туров… мелькают белые больничные коридоры, а потом — палата. Куча датчиков на животе, он весь ими облеплен, суета, медсестры, каждые пять минут кто-то заходит, что-то смотрит, о чем-то спрашивает… Я впадаю в полное оцепенение, перестаю понимать вообще что бы то ни было… — Милая, как же тебе досталось… Пожилая женщина чем-то очень напоминает Гриду. Она сжимает мою руку, и туман в голове проясняется. Горло сжимается, пронзаясь осколками застрявшего в нем стекла. — Я… мне… что происходит? Мне ничего не говорят… — Разбираются наши ученые умы… не волнуйся, просто такого случая не было на нашей памяти… — Какого… какого случая?! — Тише… — женщина поглаживает ладонь, злость и паника сходят, как морская вода с берега перед цунами. — Дело в том… Шум в коридоре, какие-то голоса, грохот… словно уронили что-то или кого-то… Я вырываю руку, дергаюсь: ну, что еще?.. — когда дверь распахивается и на пороге появляется Мар. Что бы уйримка не делала со мной — все рассеивается. Я начинаю плакать мгновенно, словно по щелчку пальцев. — Маааар… — тянусь, он уже рядом, он уже обнимает, я уже у него на руках. — Тшш… тшшш… я с тобой. Все хорошо. Я рядом. — Ууу…. — Вы идите, мы дальше сами… Тише… тише, девочка… испугалась? — Ууу… — Что говорят? — Ничего… ничего они не говорят… — Сейчас все расскажут. — Ты один? А Раш… — Раш внизу. Устроил погром, и его наверх не пустили. Меня тоже пускать не хотели… Не пускать Мара?.. ну, они хотя бы попытались. Я обвиваю его шею руками, вжимаюсь всем телом, и сотрясающая тревога понемногу стихает. — Посещения у нас в строго определенные часы… — доносится от дверей усталый голос. Мар поднимает голову, не говорит ничего, и голос дрожит, продолжая: — Но мы сделаем исключение… с учетом всех обстоятельств. — А теперь поподробнее. Я выглядываю из своего кокона и нахожу взглядом врача. Возможно, он не первый раз уже здесь… но я слабо помню, кто ко мне приходил, их приходило уже столько… Врач немолодой, лицо у него уставшее и немного раздраженное, но он присаживается у постели и протягивает Мару какие-тобумаги. — Нужна ваша подпись, как опекуна. Мар ставит какой-то металлический оттиск, возвращает бумаги и выжидательно смотрит на врача. Тот тяжело вздыхает, потирает переносицу… — У вашей супруги в ходе планового обследования были выявлены аномалии плода. Сердце падает в живот куском холодного камня. Так и знала. Не может у меня все быть нормально. |