Книга Доктор-пышка. Куплена драконом, страница 10 – Лина Калина

— Кончились аргументы? — Я вскидываю брови, делая вид, что расслабленно откидываюсь на подушки. — Или вы просто решили взять меня измором?

Блондин наконец закрывает книгу. Движение медленное, подчеркнуто элегантное, как у мужчины, привыкшего держать ситуацию под контролем. Он кладёт книгу на столик, неторопливо облокачивается на спинку дивана и внимательно на меня смотрит.

— Софарина, — его голос спокоен, почти мягок. — В прошлый раз я был терпелив. Ошибка была в том, что я позволил тебе поверить, будто у тебя есть выбор.

— Выбор есть всегда, — отвечаю сухо.

В уголках его губ появляется тень улыбки. Он встаёт, и даже это движение выглядит слишком опасным. Шаг — и между нами сокращается половинарасстояния.

— Очаровательно. Слабые всегда думают: у них есть выбор.

— А сильные всегда думают, что им позволено всё, — парирую я, впиваясь пальцами в ткань одеяла, пряча дрожь.

Блондин уже рядом, наклоняется и шепчет:

— Ты пытаешься защищаться… но тебе не нужносо мной спорить.

Я вскидываю подбородок.

— Потому что вы всё равно поступите по-своему?

— Потому что всё уже решено. Тебе останется только привыкнуть.

В этот момент пространство между нами словно сжимается. Его магия ощутима: густая, тяжёлая, тёплая, но липкая, словно в воздухе не хватает кислорода.

— Плевать, что вы там решили, — говорю ровно. — Не стану привыкать.

Он медленно тянется рукой и невзначай заправляет тёмный локон мне за ухо.

— Посмотрим, доктор. Мне будет интересно… как долго ты продержишься.

Блондин задерживает взгляд на моих губах чуть дольше, будто оценивает, насколько далеко я готова зайти в этом споре. А потом ровно, без лишних движений, добавляет:

— А пока… посиди здесь. Думай. Когда научишься слушаться, тогда, возможно, позволю выйти.

Он разворачивается и идёт к дверям. Его пальцы скользят по рунам, створка вспыхивает холодным светом.

Щёлчок замка.

В груди вскипает горячая ярость.

— Чтоб ты подавился своим жасмином! — выдыхаю сквозь зубы.

Я хватаю ближайшую подушку и швыряю её в закрывшуюся дверь так, что ткань глухо шлёпается о дерево. Мягкий комок падает на ковёр, а я остаюсь сидеть на кровати, сжимая одеяло до боли в пальцах.

Я глубоко вдыхаю, слезаю с кровати и осматриваю комнату. Раз уж меня заперли здесь «думать», лучше потратить время с пользой.

Моё платье висит на спинке стула. На мне белоснежная ночнушка, закрывающая тело с ног до головы. Видно, добрались до тётушкиного сундука, можно сказать, я теперь почти приличная барышня.

Медленно подхожу к столику, где минуту назад блондин положил книгу. Любопытство берёт верх. Осторожно разворачиваю том так, чтобы видеть обложку: «Лекарственные растения Пустоши». Отлично. Значит, этот надменный ящер, помимо драк и магических игр, читает ботанику. Интересно, зачем.

Пальцы скользят по страницам: цветные рисунки, рецепты, схемы. На развороте отмечены два растения: синеглазник и корень фанильи. Первый, судя по заметке на полях, связан с восстановлением тканей и используется в сильных целебных эликсирах. Второй привлекает внимание припиской сбоку: «Дозировка критична».

Я хмурюсь и читаю дальше.

«Лёгкое седативное воздействие. В малых дозах расслабляет, в больших парализует».

Брови поднимаются сами собой. Бинго, Софа. Выходит, наш заносчивый блондин читает про ядовитые травки. Прекрасно, совсем не пугает.