Книга Истинная вождя нарксов, страница 26 – Харпер Смит

Они работали быстро и слаженно. Ри’акс зашил рану на голове и перевязал ее. Аиша забинтовала плечо и бедро Дарахо. Как только они закончили, двое мужчин подняли вождя и отнесли его в хижину.

— Ты молодец.

Аиша следовала за Даражо, и на похвалу от Ри’акса донесшуюся ей вслед она не обратила никакого внимания.

Ночь прошла в тревожном бдении. Она не отходила от мужчины. Сидела на шкурах рядом, положив его огромную, тяжелую руку себе на колени, и прислушивалась к его дыханию.

Ри’акс сказал, что Дарахо выживет, но рана на голове была такой пугающе огромный и мужчина был непривычно бледен.

— Держись, Дарахо. Ты должен держаться. Ты же обещал вернуться. Ты вернулся. Теперь просто… открой глаза. Пожалуйста.

Под утро, когда первый слабый свет начал пробиваться в окно д, Дарахо пошевелился. Слабый стон вырвался из его сжатых губ. Его веки дрогнули.

Аиша замерла, затаив дыхание. Потом наклонилась над ним.

— Дарахо? — прошептала она. — Ты слышишь меня?

Его янтарные глаза открылись. Они были мутными, полными боли и непонимания. Он смотрел в потолок, потом медленно, с трудом перевел взгляд на нее. Узнал. В глубине его взгляда что-то дрогнуло — облегчение, удивление, что-то еще.

Он попытался что-то сказать, но из его горла вырвался лишь хрип.

— Не говори, — быстро сказала она, прижимая палец к его губам. — Не двигайся. Все хорошо. Все… будет хорошо.

Он послушно закрыл глаза, но его рука в ее ладонях слабо сжала ее пальцы. Это было едва заметное движение, но для Аиши оно значило больше любых слов. Он был жив и боролся. И он держался за нее.

Аиша пыталась убедить себя, что переживает о нем только потому что он единственная гарантия ее безопасности. Кто знает, что будет с ней, если он умрет. Вот только сердце не обманешь. Недели не прошло, как этот мужчина прокрался в него…. Она боялась его потерять, так и не узнавпо-настоящему.

Сознание возвращалось сквозь густой, тяжелый туман боли. Сначала Дарахо почувствовал только ее — жгучую пульсацию в виске и глухую ноющую тяжесть в плече. Потом пришли звуки: тихое потрескивание очага, далекие голоса деревни, и… ее дыхание. Ровное, спокойное, совсем рядом.

Он открыл глаза. Свод хижины, знакомые тени от углей. Медленно повернул голову и улыбнулся, чувствуя как все остальное перестает иметь значение.

Аиша сидела рядом, ее темные волосы завязаны в неровную растрепанную косу, а взгляд сосредоточен на его руке, которую она осторожно обтирала влажным, прохладным лоскутом кожи. Ее прикосновения были легкими и осторожным.

Ее прекрасное лицо было серьезным, темные брови слегка сведены, полные губы приоткрыты. В свете утренних лучей, пробивающихся в хижину, она казалась неземной. Его к’тари. Его странная, хрупкая, невероятная самка. Она ухаживала за ним, не сбежала, пока он и остальные самцы были отвлечены боем.

Волна чувств накрыла его, горячая и неудержимая, заглушая даже боль. Благодарность, что она здесь. Озноб от мысли, как близко он был к тому, чтобы оставить ее одну. И жгучее, всепоглощающее желание. Оно вспыхнуло в нем с новой силой, дикое и требовательное.

Его рука, та самая, что лежала в ее ладонях, слабо дрогнула. Его пальцы сжали ее. Аиша вздрогнула и подняла на него глаза.

— Не двигайся, — мягко, но твердо сказала она. Ее голос был целебным бальзамом. — Тебе нужен покой.