Книга Жених напрокат 2, страница 34 – Екатерина Флат

– Ты прямо таки заставляешь меня задуматься, что я вообще умею, – он усмехнулся. – К примеру, я неплохо управляю кораблем и при необходимости могу заменить капитана. Но есть у меня подозрения, что вовсе не это умение тебя интересует. Что ж, сдаюсь, я безмерно заинтригован. Чему такому я должен тебя научить?

– Ну как же, Дилан, это ведь очевидно! Нравится мужчинам!

Он даже засмеялся.

– Боюсь, Силь, этого я точно не умею! Больше скажу, большинство мужчин с радостью бы меня поубивало!

– Да нет же, я не в том смысле, Дилан, – я нервно закусила губу, пытаясь придумать, как бы сформулировать. – Просто при встрече с Вернером я запоздало осознала, что совершенно не умею нравиться! А ты ведь прекрасно знаешь, какой должна быть девушка, чтобы заинтересовать мужчину. Понятное дело, о красоте и речи не идет. Но, несомненно, есть что-то еще! Манера общения? Шарм? Какие-то поступки или особенности поведения? Нет, Дилан, должна же быть хоть какая-то практическая польза от твоих бесчисленных любовных похождений! И не говори, что это не так, все враки, ни в жизнь не поверю. Сплетни сплетнями, но Роланд и без того много чего рассказывал.

Дилан на миг прикрыл глаза ладонью, но все равно я успела заметить его выражение лица. Опасливо добавила:

– Только, пожалуйста, не провоцируй еще один разбитый принцесячий нос. Роланд кое-как от подбитого глаза скрыл следы, с носом-то явно будет посложнее.

И надо бы перевести тему с болтливого Роланда, но я все равно не удержалась:

– Я, конечно, понимаю, что это единственный на свете наследный принц, за выбивание пыли из которого тебе ничего не будет, но все же не надо. Ты же понимаешь, Роланд не со зла. Он просто такой честный и открытый. И я даже горжусь тем, что вхожу в крайне малое число людей, с кем он может быть таким. Разве же это не замечательно?

Судя по выражению лица Дилана, он вовсе не считал избирательную честность друга замечательной. Но в конце концов, это же не Роланд виноват в своих откровениях. А сам Дилан, что откровения о нем такие…кхм…неприглядные.

Я спешно продолжила:

– Но, согласись, я замечательно придумала! Ты научишь меня нравиться мужчинам, тогда я смогу найти подход к Вернеру, и все! Чудеса! Проклятье снято и с меня, и с моей бедной тети, которая вообще ничего хорошего в жизни не видела…

– А ты видела? – неожиданно перебил он.

Такой простой вопрос, но застал меня врасплох.

– Да…в общем-то…у меня всегда все было хорошо… Ну и сейчас, я не сказала бы, что плохо. Меня пугает перспектива не справиться с проклятьем и провести остаток дней в монастыре, как тетя, – про язвы даже заикаться не хотелось. – Но в остальном все же отлично. У меня есть добрые друзья. Есть ты. Тоже уже немного друг. Пусть и не добрый ни разу. Так что все чудесно! И станет еще чудеснее, когда Гесвальддоварит зеркало, а мы доберемся до развалин старинного замка. Все же в силе?

– Да, завтра, как и договаривались, – Дилан смотрел на меня как-то странно.

– Что? – не поняла я.

– Просто дивлюсь тебе, Силь. И, боюсь, никогда не перестану дивиться.

Понятнее не стало.

– А…конкретнее?

– Любая другая на твоем месте впала бы в отчаяние, а ты радуешься каждой мелочи, умудряешься во всем находить хорошее… Я не привык к такому в людях.

– Значит, я особенная, – я даже засмеялась. – Но ты от темы-то не уходи. Ты согласен с моим, несомненно, гениальным планом? Я буду очень усердной ученицей, обещаю! Нам же завтра долго плыть, так ведь? Вот как раз по пути и расскажешь мне, какой надо быть, чтобы нравиться идеальным мужчинам. Чтобы в следующий раз Вернер предупреждал меня не связываться с тобой не потому, что ты гадкий, а потому, что хочет, чтобы я связалась с ним.