Книга Жених напрокат 2, страница 106 – Екатерина Флат

Резкий раскат грома за стенами башни заставил вздрогнуть. Символически так прозвучало…

– Расскажи мне все толком, – попросила я. – Просто раньше я и не подозревала, что есть вторая линия проклятья. Выходит, родная сестра Шарлотты, которую предали, обрекла на проклятье вообще всех возможных потомков своих предателей? Но почему тогда попадают под его действие все равно не все?

– Иначе бы линия рода давно прервалась, – Вернер развел руками. – А тут явно расчет был на долгие-долгие муки. Потому и страдают только избранные. Правда, у меня нет братьев либо сестер. И я был уверен, что стану последним проклятым… Но, быть может, и это неслучайно.

Я уже хотела повторить свою просьбу, но он и сам все же перешел к сути:

– В моей семье под действие проклятья попадали только мужчины. Один из сыновей в поколение. Оно проявлялось всегда одинаково, мучительными язвами, и через год проклятый попросту умирал.

– Так а каковы условия снятия проклятья? – и не хотела перебивать, но вырвалось само собой.

– Никаких, – Вернер горько усмехнулся. – Вообще никаких! Я знаю лишь то, что передавалось в моей семье, потому не могу ручаться за достоверность. Я знал, что обречен и что никак это не исправить. Потому и старался наполнить свою короткую жизнь только благими поступками… Мне, признаться,на данный момент и жить-то осталось всего пару недель, если не меньше. Но я привык не унывать и смиренно жду своей участи. И так боюсь поддаться призрачной надежде, что и вправду все может поменяться… – его голос дрогнул. – Так а ты, Сильвира? Что знаешь ты? Явно же куда больше, чем я.

Я не стала от него что-либо скрывать. И про мою тетю, и про слова ведьмы, и про зеркало, и про руины замка Харвуд и встречу с Шарлоттой.

Вернер слушал очень внимательно, кивал периодически. И, может, мне просто казалось, но к концу моего рассказа у него даже лицо посветлело.

– Нет, ты и вправду просто подарок свыше! – выдохнул он, смотря на меня во все глаза. – И если я правильно все понял, у нас есть шанс избавиться от проклятья! То есть как… – тут же замялся. – Нашу с тобой участь все равно не изменить… Нас уже коснулась эта скверна, потому я все равно вскорости умру, а ты…я бы, конечно, сказал, что тебе повезло куда больше, но вряд ли везение тут вообще уместно. Жизнь в муках, как у твоей бедной тети, никому не пожелаешь… Но зато мы можем сделать так, чтобы проклятье на нас и закончилось! И наверняка именно для этого Шарлотта и отдала тебе всю магию!

То ли от расстройства, что от проклятья я все равно не избавлюсь. То ли от того, что гром снаружи грохотал все сильнее, мешая сосредоточиться. Но я что-то не очень понимала, куда он клонит.

Только Вернер и без моих уточняющих расспросов продолжал с нарастающим энтузиазмом:

– Ведь проклятье – это и есть магия Харвудов! Именно от этой силы оно питается! И если избавиться от магии, то и проклятье не сможет распространяться дальше!

– Разве можно от магии избавиться? – усомнилась я.

– Конечно! – Вернер даже руками всплеснул. – Как Шарлотта передала магию тебе, так и ты сможешь ее отдать! Но не человеку, конечно, иначе смысл? Магию нужно запечатать в чем-то или где-то… Закрыть наглухо, как в сосуде, понимаешь? Чтобы она больше уже никогда не смогла ни на ком проявиться! Есть у меня на этот счет одна идея… – его взгляд заметался, словно Вернер сам не успевал за собственными мыслями. – Опасная очень, правда… Просто я тут подслушал кое-что… Касательно принца Кайроса… Но добровольно он нам содействовать не станет, конечно…