Онлайн книга «Грим»
|
– Я не… не понимаю. Роман ощущал, как им все сильнее овладевала слабость. Он не чувствовал своего тела. Боль, которая была похожа на агонию вначале, теперь притупилась, и он не понимал, что будет дальше. Когда Ульф оказался рядом, сказал, что Теодора жива, и сжал его руки, Роман стал дышать ровнее, пусть и по-прежнему рывками, но чудовищный страх стал тише и уже не бесновался внутри него с истошным криком, а просто поскуливал в стороне. Он пытался не смотреть по сторонам, не двигаться, потому что ясно понимал, что не владеет телом ниже грудной клетки. Роман старался внимательно слушать Ульфа, смотреть на него. Свет фонарей подсвечивал его глаза. По цвету они напоминали виски за зеленым бутылочным стеклом. Роману захотелось, чтобы все это оказалось нелепым кошмаром, очнувшись от которого они от души посмеялись бы, а потом отправились к пристани, в музей искусств, во Флоренцию. Куда угодно, только бы избавиться от холода проклятого бетона. – Не понимаю, – повторил он глухо. – Теперь, когда Теодора пережила нападение, она сможет заявить о нем, опознать нападавшего и выйти на Полссона. Баглер ее не оставит. Бродд и Тейт Полссоны сядут в тюрьму. Разумеется, одного покушения мало, чтобы переиграть Полссона, он слишком изворотлив. Но Теодора умница. Сбежавшему наемнику припишут ряд убийств, которые расследовал Баглер. В том числе и твое. – Но я жив?.. – то ли сказал, то ли спросил Роман. Его лицо было перепачкано кровью, но глаза оставались чистыми, незапятнанными, голубыми и бесхитростными. Ульф вздохнул. – У тебя в позвоночнике застряла пуля. Даже если бы меня здесь не было и я не должен был выполнить то, за чем пришел, ты бы никогда больше не смог ходить и двигаться. Роман совсем затих, только руки, всегда решительные, твердые и бескомпромиссные, вдруг задрожали под пальцами Ульфа еще сильнее. Он приподнял голову, пытаясь разглядеть в темноте Теодору, но с такого угла ему было не видно. Роман все пытался подняться, надсаживая рану. Тогда Ульф, ухватив за плечи, слегка приподнял его, ровно настолько, чтобы он смог ее увидеть. Теодора лежала на боку без сознания, обратив к ним бледное лицо с закрытыми глазами. Ее грудь поднималась и опускалась в такт быстрому дыханию. Ульф опустил Романа в прежнее положение. – Я не хочу уходить, – прошептал Роман, глядя прямо перед собой. – Не хочу и я. – Но ты останешься. – Нет. – Я не… Моя рана ведь не смертельна? – Нет. – Как тогда нападавшего обвинят в… – Он не смог договорить до конца. – Теодора будет утверждать, что это был он. И это логично, ведь кроме вас троих здесь никого не было. – Но она видела тебя. – Она подумает, что ей показалось. – Так ты просто сбежишь? И на этом все? – Не сбегу. Ты увидел не весь путь. Часть еще скрывается за поворотом. Смотри. Роман распахнул веки и поднял глаза. Ресницы склеились от слез, глаза блестели. Он увидел лицо Ульфа, обращенное к нему, увидел, как несколько черных прядей упало на лоб, увидел, как на занесенной руке вместо привычных человеческих ногтей появились волчьи когти, матово поблескивающие в неярком свете. – Моя смерть спасет ее? – Не только ее. Ты спасешь миллионы жизней. Взгляд Романа метался от когтей к лицу, хотелось дотронуться кончиком пальца и проверить, насколько они остры, хотелось больше никогда их не видеть. Наконец их взгляды встретились. Роман нервно дернул ладонью, которую по-прежнему накрывала рука Ульфа. |