Онлайн книга «Грим»
|
7 – У тебя редкий цвет глаз. – Неужели? – Зелено-голубой. Немного от ангела, немного от беса. – Я хотел бы бесцветные. – Ученые считают, что цвет глаз человека может многое сказать о его характере и способности влюбиться. – И о концентрации меланина. – Считается, что люди с карими глазами могут одновременно любить двоих, люди с голубыми способны влюбиться всего за несколько секунд. Зеленоглазым же, чтобы влюбиться, необходимо много времени. Месяцы, годы, кто знает? Роман поднял глаза от бумаг и посмотрел на Ульфа, пристально, но очень холодно. Такой взгляд ожесточал его лицо, делал красивые черты острыми и неправильными. – То есть мой случай непредсказуем. – Абсолютно. – Если ты проводишь какое-то свое исследование для собрания высших духов, я не тот, на кого можно ссылаться. – Разве ты не знаешь, сколько времени тебе понадобилось, чтобы влюбиться? Роман вздохнул и откинулся на спинку кресла. Видеть Ульфа в своем кабинете ему было странно и непривычно, будто две диаметрально противоположные линии его жизни, которые никак не должны были пересекаться, подобно рассвету и закату, вдруг сошлись и сплелись в абсолютно неправильном и хаотичном узоре. Он зачем-то вырядился в костюм, хотя галстука на нем не было и воротник был привычно распахнут на груди. Ульф сидел в кресле напротив, закинув одну ногу на колено другой, так что узкая полоска кожи между краем брюк и коротким носком была обнажена. Он соответствовал себе: лесной разбойник, переодетый герцогом, древнее божество в костюме мальчика-официанта. – Тебе не стоило приходить. Раз уж ты здесь, говори прямо. – У меня билеты на новую постановку в Национальной опере. «Змей Мидгарда». Я пришел пригласить тебя и, разумеется, Теодору. – Почему? – Говорят, очень стоящая вещь. – Я не… – Если вкратце, то после долгих битв и множества хитросплетений Локи оказался повержен, и тогда другие боги в назидание приковали его к скале, а над лицом повесили ядовитого змея. Но супруга Локи не покинула его. Несмотря на все злодеяния, она осталась ему верна, подставляя чашу под капающий жгучий яд и вытирая ему лицо. Яд продолжал причинять ему боль лишь тогда, когда Сигунн отлучалась за тем, чтобы опустошить переполненную чашу. – Ты смеешься надо мной? – И не думал, – серьезно возразил Ульф. – По-моему, это прекрасная история о силе любви и преданности своему божеству и избраннику, даже пусть он ненавидим всеми людьми и богами. – Локи – противоречивый персонаж. Я бы не назвал его злодеем. – Я предполагал, что ты так скажешь. – Я с тобой не пойду. – Почему же? Роман взглянул в зеленые глаза, излучающие поразительное спокойствие. И тут пред ним предстали другие, карие, тоже спокойные внешне, но спокойствие это было более хрупким, чем тончайшая корка льда, которая больше похожа на пленку. Она образуется, когда еще не холодно, но вот подул северный ветер и одним своим поцелуем превратил глянец в мат. Глядя на Ульфа, Роман даже засомневался, существует ли такая постановка на самом деле. Если да, то ирония бесподобна, вполне в духе Ульфа. – Тебе известно почему. – Мне казалось, ты будешь рад провести вечер с Теодорой, да еще и приобщиться к искусству. – Боюсь, она не разделит твой энтузиазм. – Это из-за нее на тебе лица нет? – Это не ее вина… – Ты хотел продолжить. |