Книга Дремеры. Проклятие Энтаны, страница 42 – Алина Брюс

Вряд ли даэрра Немея посчитает теневой голод значимым аргументом, поэтому со всей возможной уверенностью я сказала:

– Как вы знаете, после заката мы способны принимать теневую форму и тогда передвигаемся куда быстрее, чем обычно. Поэтому я считаю, что будет весьма неразумно тратить целую ночь – ведь мы могли бы начать осматриваться уже сегодня, и Тени не стали бы для нас помехой.

Даэрра Немея очень долго молчала, уставившись в широкий иллюминатор. Я успела испугаться, что она откажет, но наконец она сообщила:

– Хорошо. Я переговорю с капитаном. Хотя идея приближаться к Энтане на закате ему вряд ли понравится… – Она повернулась ко мне. – Только с теми двумя, больными, разбирайтесь сами – на корабле они не останутся.

– Конечно, разберемся, – пообещала я, а потом, набравшись смелости, заговорила: – И еще, насчет запрета посещать…

Карательница резко меня перебила:

– Мне нужны результаты. Хочешь увидеться с Кинном – покажи их. Иначе не будет и посещений. Ясно?

Я подавленно кивнула.

* * *

Следующие несколько часов прошли в сборах.

В какой-то момент, после разговора с даэррой Немеей, я почувствовала, чтокорабль ускорил ход, – значит, капитан всё-таки согласился с нашим планом. Упаковывая вещи в небольшую сумку из мягкой кожи, которая нашлась в сундуке, я буквально физически чувствовала, что мы приближаемся к Энтане. Внутри словно сплеталась беззвучная, но навязчивая мелодия, погружающая меня то в трепет ожидания, то в тревогу. И с каждым часом – всё сильнее.

…Энтана словно желала показать себя во всей предзакатной красе. Небо расчистилось, и мягкий свет беспрепятственно ложился на красно-коричневые черепичные крыши, отражался от стекол и дымчато-серого энтанского азонита, из которого были сложены здания и городские стены, – отчего казалось, что город сияет.

Знаменитый бело-красный заброшенный маяк, расположенный в северо-западной части гавани, тоже искрился в вечернем свете, и на несколько минут я совсем забыла о том, что нам предстоит. Потом кто-то выкрикнул, что шлюпка готова, и очарование момента пропало.

Все наши вещи уже лежали на дне – нам оставалось лишь занять свои места. Забираться в зависшую над темно-синей бездной шлюпку оказалось страшно. Стараясь не смотреть вниз, я крепко вцепилась в протянутую мне Карателем Россом руку и выдохнула, лишь оказавшись на деревянной скамье рядом с Донни.

Ферна с Нейтом усадили последними. Они едва держались на ногах и оба выглядели мертвенно-бледными и осунувшимися, словно их неделю не кормили.

Когда шлюпку начали спускать, я до боли впилась дрожащими пальцами в сиденье, остановив взгляд на черной униформе Карателя Росса, сидевшего напротив. Наконец шлюпка с плеском оказалась на воде – тросы отвязали, мы отошли от корабля, и зашумел гребной винт.

Я засмотрелась на город, быстро надвигающийся на нас в заходящем свете солнца, и не поняла, в какой именно момент всё произошло. Меня словно дернул изнутри невидимый крюк, и на мгновение я оглохла и ослепла.

– Всё в порядке? – спросил Каратель Росс, и я с трудом ему кивнула, приходя в себя.

А потом приложила руку к груди, не смея поверить собственным ощущениям: внутри настойчиво запульсировал рваный, но отчетливый ритм.

Словно у меня только что забилось второе – теневое – сердце.

Подняв голову, я встретилась взглядом с матросом за спиной Карателя. Не знаю, что он увидел, но на его лице отпечатался дикий страх, и стало ясно: если бы не КарательРосс, меня бы прямо сейчас скинули в воду.