Книга Любовь на Полынной улице, страница 70 – Анна Дарвага, Мария Сакрытина, Анастасия Худякова, и др.

Но все удовольствие портили удивленные, а порой и откровенно недовольные взгляды высокородных темных эльфов за соседними столиками.

— Пусть смотрят, малышка, — улыбнулся Леонар, небрежно откинувшись на спинку кресла. — Они же не знают, кто мы.

Этери кивнула и сосредоточилась на ужине. Перед ней стояли блюда, которые она видела впервые: полупрозрачные лепестки рыбного мяса, пропитанные сладковатым соусом из фиалок, томленый рвак[46]с густой темно-бордовой подливой. В бокалах искрился светлоэльфийский аэри́сс — он был легкого золотистого оттенка, с пузырьками и совершенно не туманил голову.

— Это невероятно, — прошептала она, отправляя в рот еще один кусочек рыбы. — Я даже не думала, что еда может быть такой… волшебной.

Леонар рассмеялся.

— Видишь? Я же обещал тебе лучшую жизнь.

Когда ужин подошел к концу, официант — темный эльф с угольно-черной кожей и выразительными голубыми глазами — принес счет. Он поставил его на стол с легким поклоном. Этери заметила, какими плавными были его движения, почти завораживающими. Она отметила и серебряный браслет на его запястье — знак служения дому, которому принадлежал ресторан.

Леонар бросил взгляд на чек, усмехнулся и неожиданно резко встал.

— Пора идти, малышка.

— Но… — начала было Этери, но Леонар схватил ее за руку и вытащил из-за стола.

— Бежим! — рассмеялся он, уводя ее прочь с балкона.

Послышались возгласы, но Леонар увел ее так уверенно и быстро, что никто не успел их остановить. Они выскочили в общий зал и, коснувшись свечи, сбежали через пламя.

Позже, лежа в постели на вилле, Этери не могла заснуть. Она смотрела на потолок, где мерцало слабое магическое свечение. Ее охватывало беспокойство.

Это было неправильно,— думала она. — Они так хорошо нас приняли, накормили, обслужили с уважением. А теперь… Этот чек, который остался на столе, вычтут из зарплаты официанта.

Перед глазами стояло его лицо — четкие черты, гордая осанка, взгляд, в котором мелькнуло что-то неуловимое. Ее грызло чувство вины, но она знала, что не скажет об этом Леонару.

— Ты слишком громко думаешь, малышка, — раздалось из темноты.

Этери вздрогнула, но промолчала, сделав вид, что уснула. Внутренний огонь гудел, словно пытался заглушить ее сомнения. Но впервые за долгое время она почувствовала, что ее счастье может оказаться слишком хрупким.

На рассвете Этери проснулась от того, что Леонар нежно ее целовал: сперва в лоб, потом в висок, потом в губы.

— Просыпайся, малышка. Нам пора.

Этери сонно потянулась, позволила огню пробежать по телу, разгоняя остатки сна, и привстала на локте.

— М-м-м? Не хочу никуда торопиться…

— Но мы не можем тут оставаться, малышка, — в его голосе звучала тревога.

— Как это не можем? — Этери тут же проснулась окончательно и резко села на кровати. — Ты же говорил, что это отпуск.

Леонар отвел взгляд и чуть улыбнулся, будто извиняясь.

— Пока ты спала, наши ребята немного… повеселились. — Он коротко рассмеялся, но в этом смехе сквозила неуверенность. — Теперь нам пора.

Этери почувствовала, как внутри начинает закипать злость.

— Леонар Эшбрингер, Аббадон тебя задери! Ты серьезно? Наш отпуск в Тальмире — это очередное прикрытие для твоих делишек? — Она так злилась, что не заметила, как пламя в ее волосах вспыхнуло ярче.

— Эй, малышка, ну было же весело. — Леонар поднял руки, словно пытаясь ее успокоить. — Надули официанта, хорошо отдохнули, провели время вместе. Какая разница, что, пока мы отдыхали, ребята немного поработали?