Книга Игра ненависти и лжи, страница 90 – Л. Дж. Эндрюс

Мне придется раскрыть правду о своем маленьком приключении и выдержать последствия, когда гильдии начнут орать, угрожать и, зная Раума и Тову, дуться, что я не взяла их с собой.

Мне не представилось возможности как следует обдумать, как изложить им новости о своей рисковой ночке, потому что треск ветвей привлек мое внимание к кустам, окружавшим пивную.

Желудок сжался.

Хаген встал, высокий и широкий, скрестив руки на груди, и столь хмурого выражения его лица я с детства не видела. Это выражение дало мне понять, что моего старшего брата сильно вывел из себя какой-то мой поступок и он мне сейчас все об этом выскажет.

– Где тебя чертиносили? – его голос ржавой жестянкой резал мне кожу.

Ошибочка. Это не тот же упрек, что в детстве. Тут другое. Какой-то новый, исполненный паники гнев, который возникал лишь тогда, когда человек пережил утрату всего, многое сумел вернуть, но теперь его действиями управлял страх вновь потерять свое сердце.

Я облизнула губы, и мне хватило совести посмотреть ему прямо в глаза.

– Думаю, ты знаешь, иначе бы так не сердился.

Раздался новый шорох, и вниз по шее потек жар. Из теней выступила гильдия Кривов. Единственное лицо, которое, казалось, было мне радо, – это Ханнино. Но опять же девочка выглядела так, словно только что проснулась, и, по ее мнению, все, верно, собирались для утренней трапезы, а не готовились закопать меня живьем.

Раум тяжело вздохнул и прошел мимо моего брата.

– Я видел, как ты шла прямиком от башни.

Моя теория, кажется, подтвердилась. Серебристые глаза Раума были прищурены так, словно его огорчал не сам факт, что я что-то утаила, а скорее то, что я не взяла его с собой.

– Выглядишь виноватой, Мал, – сказал Гуннар. Он примостился на ветке осины, болтая одной ногой в воздухе, на лице – довольная усмешка. Как будто это все было жуть как забавно.

– Еще как, – добавил Фиске, опираясь локтем на плечо Исака.

Сквозь кусты пробился Никлас, его рука – сплетена с рукой Джуни, а игривый блеск глаз превратился в нечто ядовитое.

У него за спиной стояли Това с Дагни. Джунис отклонилась назад и что-то прошептала Даг, которая ухмыльнулась, кивнула и что-то прошептала Тове. Та фыркнула и закинула в рот пригоршню морошки.

– Тоже так подумала, – сказала Това с набитым ртом, не отрывая от меня глаз.

Пекло, каждый пристальный взгляд заставлял меня мечтать о том, чтобы земля разверзлась и проглотила меня целиком.

– Где ты была, Малин? – снова рявкнул Хаген.

Я мрачно посмотрела на брата.

– Судя по тому, как на меня рычишь, ты уже, видимо, и сам знаешь.

– Верно, – сказал Гуннар, подмигивая мне. – Но нам всем хочется услышать это от тебя. По разным причинам, очевидно. Dajхочет свернуть тебе шею, а мне вот, кажется, интереснее узнать, насколько сильно ты его выбесила.

– Ты ходила в башню скидгардов, – заворчал Никлас. – Ходила к Кейзу, не сказав об этом ни единой треклятой душе.

– Это неправда, – начала было я, но умолкла, когда Хаген горько усмехнулся.

– Ах, точно. Ты сказала отцу.

Я принялась ковырять ногти, избегая его взгляда.

– Так, значит, ты получил его сообщение о том, чтобы перебраться в Дом Штромов?

– И не только, – Хаген указал на край поляны. Рядом с Вали и Линксом стоял Хоб, ловко вращая пальцами.

– Лорд Штром послал с Хобом еще одно с-сообщение, потому что на этот раз встревожился, – сказал Исак. – Возможно, он с-с-сказал нам, что т-т-ты его использовала.