Онлайн книга «Игра ненависти и лжи»
|
В голове закружил знакомый дым. Фигуры и точки двигались, пока тени не сгустились, пока холод пустоты не сменился теплом огня, мягких одеял и травяного чая. Мое поле зрения заполнило лицо гораздо более молодого Йенса. Осознание того, что я смотрю на собственного отчима глазами матери, вызвало волну мурашек, пробежавших по спине. Я крепче вцепилась в пальцы Товы и подождала, пока воспоминание не выплыло из тишины к приглушенным, слабым голосам. – Когда… когда я уйду к богам, кусочек кости, герр. Вот и все, что нужно. Челюсть Йенса дрогнула. Тогда у него на скуле была вытатуирована всего одна руна, а коса, спускающаяся вдоль головы, была темной, словно красная глина, лежащая глубоко под землей. – Я прослежу за этим. Вздох облегчения согрел меня, пролившись из головы прямо в сердце. Моя мать умирала в покое, зная, что Йенс запрет эти воспоминания в прахе. За глазами защипало от какого-то чувства. Пекло, хотела бы я увидеть ее лицо. Рассмотреть и запомнить ее для себя самой. – Вы… вы сделаете ее невидимой. Убережете ее от… от этого, пока не настанет подходящий… пока оно не позовет ее. – Пока что не позовет ее? – Йенс наклонился вперед. – Я не знаю, о чем вы говорите. – Вы слышали… слышали историю о четырех королевах, герр? – Миледи, я не… – Четыре королевы, избранные судьбой, – моя мать рассмеялась, но смех перешел в кашель. Йенс тут же помог ей поднести ко рту рог с водой, пока кашель не унялся. С того места, с которого смотрела воспоминание, я различила тонкую руку, тянущуюся к Йенсу. – Норны… они благословили мир дарами. Жадные люди попытались забрать их… силу. Но сказано, что дары возвратятся. Она… она могла бы стать королевой, герр. – Миледи, я не придаю значения легендам и сказкам. Я знаю то, что реально, – сказал Йенс. – А реальность в том, что ваша девочка – последняя истинная наследница. Чего вы хотите от меня? В голове заклубился туман. Воспоминание начало блекнуть по мере того, как жизнь моей матери растворялась в Ином мире. – Уберегите ее, пока… пока оно не позовет ее. Помогите ей восстать. – Миледи, – на лице Йенса читалось его новое бремя. – Я не знаю, будет ли это когда-либо возможно. Ваш род убивают, их выслеживают. Я уберегу ее от этого. Раскрыть ее – это смертный приговор. Она станет никем. Моя мать судорожно выдохнула. – Тени и свет. Вам не кажется, что они… уравновешивают друг друга, герр? – Наверное. Леди Сиг, вам нужно отдыхать. – Я родила ее в темноте… в темноте и держала. Может, это знак ее судьбы, ибо я вижу, как она восстанет из… тени, – в воспоминании моя мать сделала долгий, дрожащий вдох. – Королева теней, герр. Интересно… интересно, почему я вижу их повсюду вокруг нее. Дар от Норн. Шанс… увидеть ее, когда я… сама уже не смогу. – Вы видите ее в тенях? – прошептал Йенс, беря ее за руку. – Они следуют за ней. – Проклятье тьмы? Мое лицо дрогнуло, когда в воспоминании матери нежная улыбка, пускай и не моя, расползлась по ее лицу. – Нет, герр. Тьма будет ее силой, – моя мать зашлась новым приступом кашля. Он был влажным, моих ноздрей коснулась сладкая вонь месмера в крови. Она умирала. Ее голос стал тише, не громче шепота на ветру. – Королева теней. Когда оно… позовет ее… она заберет то, что принадлежит нам. Она должна. Она… Когда моя мать затихла, Йенс подался вперед. |