Книга Корона крови и руин, страница 100 – Л. Дж. Эндрюс

– Ох, не думаю, что это справедливо – оставлять мальчика в стороне от всего веселья.

Ворон толкнул Гуннара на колени. Он сжал зубы, но я заметил, как его подбородок прошибла легкая дрожь. С большей силой, чем требовалось, два стражника вытянули его руки, перевязав запястья, как будто он тянулся через столешницу. Щелкнула кожа. Ворон приближался к моему племяннику с многохвостой плетью из дубленой свиной кожи.

– Гуннар, посмотри на меня, – я подождал, пока его золотистые глаза не остановились на мне. – Мы с тобой. В тебе – храбрость обоих твоих родителей. Обоих.

Я не знал его отца, но мальчик ценил его, и он добровольно отправился в плен, чтобы спасти свою семью. Он был храбр, и услышит эти слова. Подбородок Гуннара перестал дрожать. Он кивнул и сузил глаза, повернувшись к Колдеру.

– Ты ничего от нас не получишь.

– Какой храбрый маленький Ферус, – засмеялся Колдер. Он переместился ближе ко мне и погладил меня по лицу.

Моя щека дернулась.

– Я не отдам свою жену. Гробница, которую ты хочешь, останется закрытой. Мы не прекратим нашу борьбу. И ты не убьешь меня, потому что не веришь своим угрозам и боишься последствий нашей смерти. Так что хватит тянуть время. Приступай к делу.

Острые черты лица Колдера потемнели от ненависти.

– Замечательно, – лжекороль кивнул кому-то позади меня. – Давай попробуем еще раз и посмотрим, сможем ли мы вызвать твою жажду крови, Ночной Принц. Я бы не отказался иметь в своем распоряжении безмозглого зверя.

Больше я ничего не сказал. И не издам ни единого звука, черт его подери.

Вчера звучали те же угрозы. Воронов Пик надеялся пробудить и разжечь кипящую в моей крови жестокость, пока я снова не потеряюсь в собственном разуме. По правде говоря, страдания Сола, а теперь еще и Гуннара затягивали голову мрачным туманом, вызывали желание медленно отрывать конечности каждого ворона. Мысли, слишком темные и жестокие, чтобы делиться ими вслух, принадлежали Колдеру. Руне. Ярлу Магнусу.

Явился капитан воронов, словно мой разум извлек его из воздуха. Я помнил звук его шагов. Тяжелые сапоги, носки слегка шаркают. Стол слева от меня был уставлен всевозможным оружием. Разделочные ножи, заточки, железные шипы, цепи.

– Вален, – позвал Сол. – Ты здесь король. Земля выбрала тебя. Хаос будет с тобой до конца.

Мой брат закрыл глаза, пока Ярл перебирал оружие.

Он сжал в кулаке мои волосы и откинул мою голову назад, чтобы я встретился с его глазами.

– Я хотел быть тем, кто вынесет тебе наказание за твои преступления против Тимора. Для меня честь быть твоим палачом, Ночной Принц, – он прислонил свой рот к моему уху. – Когда эта война закончится, когда твой народ будет уничтожен, закон признает Элизу моей женой. Если она выживет, клянусь тебе, Ночной Принц, я буду очень хорошо заботиться о ней.

Топоры в сердце. Оба.

Кинжал в горло.

Может, отнять палец за пальцем, по очереди.

Я закрыл глаза, представляя себе каждое восхитительно кровавое зрелище.

Затем пришла боль.

Ярл был методичен в своих пытках. Это приводило его в восторг. То, как сжималось и напрягалось тело, сопротивляясь агонии, только усиливало его азарт.

Я закрыл глаза, сжав кулаки. Каждый удар его ножа вскрывал потускневшие шрамы моей жизни в качестве Кровавого Рэйфа. Горячий привкус крови обжег ноздри и заполнил легкие. Желчь дразнила заднюю стенку горла.