Онлайн книга «След Чайки»
|
После минуты тишины, Фил продолжил: – Я думал, что учёл всё, – он горько усмехнулся, – но душа Лин вырвалась на перерождение, оставив со мной чайку-хранителя, сама же родилась в случайном мире. Это стало первым препятствием. Прежде чем позволить смерть и себе, я должен был отыскать её, вернуть дар. Шеннон прокашлялся, непривычный к долгим разговорам, и дядя Сема тихий и потрясенный, но не менее гостеприимный, наполнил чашечку золотистым чаем. Фил благодарно кивнул, отхлебнул напиток и вздохнул. – Хоть без тела преодолевать грань миров гораздо проще и быстрее, когда я нашел Лину, она была уже совсем взрослым ребёнком. Невероятное счастье пронизывает его, и оно же сияет в детских глазах. Они темнее, чем его любимые почти забытые, но так похожи на них, что будь у него сердце, оно разорвалось бы от счастья и боли. – Привет, моя девочка. – Привет, Хансу. Тут видение начинает двоиться: лицо ребёнка заслоняет небо и витающая в нём причудливая дымка. Лина тоже вспомнила их первую встречу в этом мире – и их память накладывалась в моем восприятии. – Ты помнишь? – удивляется он и тонет в искренней детской улыбке. – Конечно. Ты мне снишься. Ты сказываешь мне сказки. Ты перь буишь со мной всегда-всегда? – Я не могу остаться надолго, малыш, – он чувствует, что мир выталкивает его, как чуждое, рвёт на части, выдирает силы помнить, кто он и зачем здесь. – Я должен улететь… – Ты умираешь? Не умирай, Хансу! – любимые глаза наполняются слезами. – Умираю. Так нужно. Но мы встретимся снова, я обещаю. – Чесно-чесно? – Чесно-чесно. А сейчас держи – это твое. Ты давно его ждешь. – Котёнотек?! – восклицает его девочка. – Я давно жду котенотька! – Котёнотек, да… И в доверчиво протянутых ладошках проявляется маленький зубастый и хвостатый зверек, искрящийся силой. Но котёнок слишком быстро растет. Слишком много силы в нём самом, в бывшем боге, для сухого голодного мира… Лицо малышки искажает боль и удивление, но рук она не разжимает. Он шарахается прочь, пытаясь унести смертоносный подарок, но сила истекает водопадом, обволакивает девчушку стрекочущими разрядами. Её боль раздирает его сознание… – Нееееееееее-ет, – его безмолвныйкрик пригибает деревья к земле, и он ловит мысль: вылить лишнюю силу в мир. Он несется прочь, сотрясая земли, скручивая воздух в тугие смерчи, вздымая жуткие волны цунами, куша города… «Всё повторяется, я снова гублю её мир, теперь собственной силой», – очередная мысль ввинчивается в ослеплённое болью сознание. Снова?! Сквозь него пролетает огрызок газеты с датой «21.08.2047», выбитой на бумаге красным. – 2047, – загорается в его памяти огнём, сменяясь другой датой, такой близкой и далекой, кошмарной и полной отчаяния. Тридцать лет… тридцать лет на откуп случайностям… – Замедлить, изменить… – Растворяющееся сознание живо теперь лишь в этом стремлении. Он больше не чувствует боли Лины, он почти забыл о ней, зная лишь, что она жива… – И закрыть дверь, уходя. – Потому что сильные маги – могут ускорить его замороженный мир… Никого не пускать. – Я вернусь… Я вынырнул из видения, задыхаясь и ошалело моргая. Тишина воцарилась надолго. Все присутствующие пытались осмыслить услышанное и – забыть ощущения от показанного мной. Самым крепким оказался дядя Сема, он захлопотал по кухне, доливая всем чаю, притащил ещё вкусняшек, предложил было бутылочку «чего погорячее», но Фил тут же заявил, что Лине нельзя, а ему тем более: |