Онлайн книга «След Чайки»
|
– Да, в пределах. К тому же ребёнок не имел признаков отравления медью или болезненных патологий, и беспокойства не вызывал. Матери рекомендовали наблюдать и, если проявятся тревожные симптомы, – обращаться к врачам. Угу, даже так… Тогда же её мама решила сменить профессию и поступила на медицинский. Отец сначала посмеивался, а затем махнул рукой, с удивлением обнаружив, что намеренье жены оказалось самым серьезным. Правда, рождение близнецов несколько отвлекло её от медицины, но всё равно уже через три года она уже работала интерном в районном госпитале. Впрочем, за детьми следила всё так же цепко. – Повышенный уровень меди в крови, – продолжал Злой спец, – сохранялся без признаков отравления ещё около десяти лет, потом Юля перестала его контролировать. Ребёнок не болел, а все мелкие странности списывались на излишнюю впечатлительность и буйную фантазию. В том числе её друзей-детишек, жаловавшихся, что девочка бьется током. Лина едва удержалась от ухмылки, вспомнив, как хвасталась, что приручила котомолнию. Мелкие друзья сначала не верили, но Линка была продвинутым ребёнком – с младых ногтей умела добывать трением статическое электричество и лупила током недоверчивых друзей. Увы, в действительности котомолнии у неё не было. Хотя… А что, если?. Фиш когда-то говорил: так, встречей со стихией в чистом виде, инициируется Дар у них в мире. Неужели она действительно обрела Дар ещё тогда, в далёком детстве. Да ну, не было ведь в ней ничего особенного. Вспомнились безуспешные поиски Котомолнии, так нервировавшие маму, и с возрастом сменившиеся экстремальными увлечениями… И позолотившиеся глаза. А ещё – как вернувшись из похода в пещеры, Лина рыдала на плече у мамы, утверждая, что это из-за неё, что это она сама спровоцировала те обвалы, из-за которых они все едва не погибли. Мама так и сказала: «Ты излишне впечатлительна,милая». Постепенно «излишние впечатления» забылись, стёрлась их острота, и Лина поверила, что просто выдумала это. – Ну-ну. Блажен, кто верует, или как тут у вас говорят? – опять встрял ехидный голос глюка. Лина уже не понимала, слышит она этот голос сейчас, сквозь полудрему, или он и вправду вставлял свои комментарии прямо тогда, во время разговора со Злым спецом. Ей нужно было вспомнить весь этот разговор, казалось, что она упускает что-то важное, что-то такое, почти пойманное за хвост, но ускользающее. – Не было у меня никакой особой силы, – пробормотала она тогда, даже не замечая, что говорит вслух. – Я потом встречалась с девчонкой из похода, оказалось, она так же, как и я, боялась, что нас завалит в пещере, а потом нервничала, что сама «накаркала» беду. – О, кстати, о пещере. Ты не в курсе, но это Димыч попросил твою подружку подыграть, потому что ты всё никак не могла успокоиться и становилась похожа на ходячее бедствие. – Что? – Лина потрясённо вздрогнула, дёрнувшись так, что фиксатор пережал горло. – К-кто?! – она закашлялась, мечтая, чтобы Спец просто пошутил. Но тот оставался серьезным. – Отец девочки. У тебя всё валилось из рук, вокруг перегорала техника, а у людей начинала болеть голова. Пока тебя не убедили, что ты не причём. – Бред какой… я бы запомнила… – А никто не связал эти проблемы с тобой. Димыч даже не подумал мне рассказать о странностях. Это всё всплыло уже после того, как ты попала сюда. Стали вспоминать, собирать необычные случаи. И было их очень много. Например, через год после удара молнии, ты чуть не убила ребенка в садике. Он рискнул тебя обидеть. Всё списали на то, что вы стояли рядом с незаземленным проводом, хотя мальчика утверждал, что его ударила именно ты. Детские фантазии, – спец скептично выдохнул носом воздух. |