Онлайн книга «След Чайки»
|
То-то ребёнок разочаровался, узнав, что всё напрасно, и что душа, которую девочка ревниво решила оставить себе, ускользнула, – невесело хмыкнула Лина. Впрочем, она понимала, что в этом поступке мелкой виновата и сама. В тот день всё завертелось так быстро, что она не успела поговорить с Глинни, подготовить её, убедить в необходимости разделения. Да она даже сама поверить в эту возможность не успела, боясь разочароваться, если надежда не оправдается. И всё равно в какой-то миг забыла, что её цель незаметно пройтись по конторе овнек, убедиться, что оба тела действительно существуют, выяснить, где их держат, и – сбежать, чтобы узнать фиксов ид. Она же размечталась восторженно, что вот сейчас окажется самой собой, Фил вернётся в своё тело – и всё будет… офигенно. Это-то и стало спусковым крючком – Глинн взбунтовалась, затолкала Лину на задворки сознания и решила умыкнуть тело Шеннона, оставив при себе душу соседки, даровавшей ей силу и уверенность в славном и героическом будущем. «Мы потом сюда вернёмся. За твоим телом», – утешала она Лину, но мыслишку о том, что ид мира они так и не выяснили, а значит, возможно, искать придётся «доо-олго», Глинни скрыть не сумела. Оставалась надежда, что можно прыгнуть по их следам, но… Ники с Вороном так и не пришли. Уж за двое суток по местному времени они сто раз могли прыгнуть в этот мир и пятьдесят раз отыскать их с Фишем по методу, коим пользовался ректор в поисках внука. Склянку крови «на память» ректор вытребовал у Глинни ещё в первый день близкого знакомства, да и вряд ли это была первая склянка – наверняка ректор запасся её кровушкой ещёво времена после падения с крыши. О том, что и саму Лину можно было найти за время, проведенное в бункере «овнек», будь такая возможность, и говорить нечего. Что на это нужно ещё и чьё-то желание, девушка старалась просто не думать. – Желание, силы, память, талант… да много чего… Уже знаковый голос снова ворчал, хоть и не так яростно, но не менее недовольно. Ох уж эти глюки… Последнее, что она запомнила из того сумасшедшего дня, – это, как Глинни приказала Натали забыть всё. Помнила, как жутко испугалась: Глинн в свой ментальный приказ вложила столько силы, что мозг бедной сестры мог превратиться в кашу! Рванулась, чтобы остановить мелкую, занять её место, но соседка по черепу ощущалась каким-то смерчем, стоило приблизиться – втягивала и выбрасывала прочь из сознания. Лина снова устремилась на поверхность, но буря эмоций Глинни смяла и заперла в глухой темноте. Ни звуков, ни чувства времени… А потом словно вспышкой на сетчатке, неуловимым двадцать пятым кадром: Глинни с мужчиной на руках и большеглазым хомячком на плече – и вот уже пустой бокс. И дикий шум, и визг сирен. И боль, настолько невыносимая, что очередная тьма, так похожая на смерть, кажется избавлением. Но нет. Сколько-то веков спустя Лина открыла глаза. Жёсткий ложемент капсулы для коматозников, мерный писк и мерцание датчиков, оковы-фиксаторы на руках, ногах, шее и поясе, и никого вокруг. Впрочем, последнее – ненадолго. Глинни забрала с собой обоих: и Филиппа, и Фиша. Вместе со скрытой в нём душой. И это хорошо. Наверное, Леон ри-Кройзис проведет свой ритуал, переселит душу внука в положенное, так сказать, место. Да. И все у них будет хорошо. |