Книга Цена вопроса - жизнь!, страница 88 – Кира Фелис

— Дорогие мои, рада видеть вас в добром здравии! — голос Ангелины Павловны прозвучал громко, перекрывая фоновый шум и не давая даже рта раскрыть своей дочери, которая только начала формировать приветствие. Пожилая дама сделала последний шаг и остановилась, требовательно глядя на нас. — Ах, увидела вас сейчас, и сердце ёкнуло! Говорят, вы переехали в поместье Гончаровых? — тараторила она, не дожидаясь ответа, а сама цепко продолжала оглядывать и меня, и Ульяну — Там действительнотак плохо, как рассказывают? — произнося это, она демонстративно, презрительно сморщила нос.

Вот бы я знала, что именно рассказывают!

В любом случае, правда о запущенности усадьбы была не той информацией, которой я готова была делиться с малознакомыми людьми. Я улыбалась, давая себе время придумать ответ.

— Мама, дай же и мне поздороваться! — с ноткой мягкого укора вмешалась Екатерина. Она подошла поближе, обняла и громко чмокнула воздух у моей щеки, а потом то же самое проделала с Ульяной — Дамы, искренне рада вас видеть в добром здравии.

Это была невысокая женщина приятных, мягких округлостей, с удивительно большими, тёмными глазами, похожими на глаза испуганной лани, обрамленными густыми чёрными ресницами. Её улыбка была искренней, но немного усталой.

— Не ожидала встретить вас в Старославле. Хотя разговоры ходили. — продолжила она, пока её мать нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. — А мы приехали на лето. Марусе, — она кивком указала на девочку, которая с любопытством разглядывала нас из—за материнской юбки, — доктор прописал посетить минеральные воды. Так что, считайте, будем соседями. Я очень рада, что смогла встретить так далеко от столицы знакомые лица. Мама уже успела со всеми перезнакомиться, но это всё не то! Вы же понимаете!

Несмотря на усталость и ограничении во времени, пришлось уделить встреченным внимание. Мы остановились на тротуаре, прямо посреди оживлённой улицы, а вокруг бурлила жизнь. Прохожие, вынужденные лавировать, между нами, бросали недовольные взгляды. Кто—то демонстративно вздыхал, кто—то бурчал что—то себе под нос, а кто—то просто обходил нас широкой дугой, стараясь не задеть.

Какое—то время мы стояли и разговаривали о всяких пустяках. Таких, как погода, планы на лето, последние тенденции в моде. Но нас перебили.

— А правда, что усадьба практически разрушена? — вновь бесцеремонно вклинилась Ангелина Павловна, явно устав от светских любезностей. Её взгляд впился в меня.

Несмотря на её беспардонный интерес и явное желание выудить скандальные подробности, она не вызывала острой неприязни. Скорее, её любопытство казалось чертой характера, усиленной возрастом и скукой провинциальной жизни. Вспомнилась поговорка: что мал, что стар… И тут, совершенно внезапно, мне в голову пришла рисковая мысль. Дерзкая, необдуманная,которую стоило бы обсудить заранее, но уж больно не хотелось упускать такую возможность обратить слухи себе на пользу.

Стараясь придать голосу как можно больше беззаботности, сказала:

— Ну что вы, Ангелина Павловна! С усадьбой всё в полном порядке. А как же иначе?! Как растает, собираемся освежающий ремонт делать — я позволила себе лёгкий жест рукой. — Мало того — я понизила голос, как будто собиралась рассказать тайну — производство знаменитой гончаровской посуды вскорости возобновится. Мы уже сейчас начинаем принимать предзаказы, — добавила я с напускной деловитостью, внимательно вглядываясь в глаза пожилой даме, интуитивно понимая, что именно она здесь разносит вести.