Онлайн книга «Цена вопроса - жизнь!»
|
Слова падали одно за другим, как камни в воду, расходясь по мне волнами. Я замерла, сердце забилось так сильно, что казалось оно стучит не в груди, а прямо в горле. — Всё это время я приглядывался — продолжил он — Сначала удивляло, как тепло к тебе относится Ульяна. И Марфа с Николаем… они растили девочку с пелёнок, знали каждый её взгляд, каждое слово. И всё равно принимали тебя без сомнений. Он остановился на мгновение, будто давая мне перевести дыхание, и тихо добавил: — Я наблюдал за тобой. Слова, поступки, привычки, всё выдавало чужую. А потом… — он отвёл глаза, провёл рукой по лицу, словно сам себе не верил, и вернул взгляд на меня. В его глазах полыхнуло что-то такое, отчего у меня дрогнули пальцы. — Потом это перестало быть просто наблюдением. Ты понравилась мне сразу. Неожиданно, резко, как удар. И это чувство только росло. Каждый день, каждое твоё слово, каждая упрямая искорка в глазах делали его сильнее. Он замолчал, и повисла тишина, тяжёлая, звенящая. Я слышала, как громко бьётся моё сердце. Воздух будто сгущался между нами, мешая вдохнуть. Я смотрела на него огромными глазамии качала головой, не в силах принять услышанное. — Ты мне не веришь? — тихо спросил он. Я отвернулась, снова качнула головой. Слёзы, горячие и предательские, щипали глаза. — Я люблю тебя, дура! — воскликнул он. Я обомлела. Сердце ухнуло вниз, будто земля ушла из-под ног. На секунду дыхание остановилось. И в то же мгновение я поняла: его слова, такие резкие, без оглядки, сорвавшиеся почти криком, полностью отражали и мои собственные чувства к нему. Я не могла бы признаться в этом вслух, но в груди всё сжалось от боли и радости одновременно. — Сам дурак, — хрипло сорвалось у меня, едва слышно, и в ту же секунду он шагнул вперёд. Два шага и он уже был рядом. Его руки сомкнулись у меня за плечами, и прежде, чем я успела осознать, его губы накрыли мои. Поцелуй был резким, требовательным, но в то же время в нём чувствовалась какая-то отчаянная нежность. Я растаяла, вся дрожь ушла, и на миг мир исчез. Не стало боли, страха, ни прошлого, ни будущего. Только он, его дыхание, его руки, его вкус. — Да что ты творишь, ирод! — внезапно грянул голос Ульяны. — Она только очнулась! Я вздрогнула, поцелуй оборвался, и мы отпрянули друг от друга. Щёки горели, сердце колотилось так, что казалось, его слышит вся комната. Константин же только улыбался — дерзко, почти по-мальчишески. — Теперь всё будет хорошо, — тихо сказал он — Выздоравливай побыстрее. Меня напоили горькой настойкой. Жидкость обожгла горло, я тут же скривилась, сморщилась так, что глаза заслезились. Вкус был мерзкий, тягучий, но вместе с ним пришло ощущение тепла, разливающегося по телу. — Пей-пей, — приговаривала Ульяна. — Это и от горла, и от воспаления. Будешь знать, как в холодную воду скакать! Себя не жалеешь, так хоть меня пожалей! Ты представляешь, что я почувствовала, когда увидела его, — она кивнула на Константина, — когда он нес тебя без сознания на руках? Горло покалывало, язык будто онемел, веки наливались тяжестью. Мир снова уходил в темноту, и я уже не сопротивлялась. Эпилог 1 И опять мне снился сон. Я снова оказалась в больнице. Не в той, тесной, шумной, где когда-то была мама, а в частной, дорогой клинике. Просторная палата с мягким светом, дорогими занавесями, приглушёнными тонами. На стенах картины, на прикроватной тумбочке ваза с белыми лилиями. Всё красиво, идеально, будто из рекламного буклета. Но на фоне этого уюта лежала тяжёлая тень. |