Книга Предавшие крылья, страница 86 – Елена Яр

Я поймала на себе взгляд Шеффилда, но выдержать его не смогла. Спряталась за опущенными веками и переместилась так, чтобы ему меня было не видно.

Раздался сигнал к началу игр. Их снова открывал ректор, но и имперскому гостю тоже дали слово. К его чести, никакой пространной речи мы не услышали, буквально пару фраз, и все закрутилось, как в бешеном колесе.

Игроки, крики, прыжки и пробежки – все слилось в одну яркую азартную массу из впечатлений, восторгов и неудач. Короткиекоманды, вопли болельщиков, гул стенок, отмечающих удачные атаки, щелчки перекидывающихся табличек со счетом.

Когда я готовилась выйти на поле, в голове уже шумело от волнения и азарта. Этот диковинный коктейль разогнал кровь и заставлял сердце гулким эхом отбивать удары по всему телу.

– Готовы? – спросил Алекс Шеффилд, и мы слаженно крикнули в ответ наше однозначное «да».

Нашими соперникам ожидаемо были парни с четвертого курса. Они шли по турниру мощно, вынося другие команды, словно новичков. Мы верили, что сможем прервать эту победную серию, но уже не так уверенно, как верили в это еще вчера.

Выйдя на позиции, мы перекинулись взглядами. Я уже традиционно размещалась спереди слева, по центру был Алекс, Ридли стоял сзади у самой стены, Стивен и Саймон прикрывали правый фланг.

Первая же нота сигнала к началу заставила нас сорваться с места. Краем глаза я видела, что Алекс смог перехватить мяч первым, но этот пас будет точно не мой – моя задача прорваться как можно ближе к стене противников. Из-за роста и щуплости противник редко оценивает меня адекватно, и это наш ощутимый козырь.

Оказавшись у дальней пирамиды, я обернулась и не поверила глазам, увидев почти рядом с собой Алекса. Что он делает? Это совсем не по плану! Но рассуждать было некогда – к нам со свистом летел мяч. Я толкнулась от пирамиды и вытянула руку, надеясь успеть ухватить цель. Но меня опередил Шеффилд. Какого хрена?

Его тут же снесли два соперника, потому что уж кого-кого, а капитала всегда «пасли» тщательно. Парни рухнули на поле, и мяч выкатился вниз. Если мне было правильно видно, то это наш штрафной. Я перестала понимать происходящее. У парней какой-то новый план, в который меня не посвятили? Я обернулась на Ридли, но на его лице было написано такое же недоумение, как и на моем.

Свисток объявил о продолжении игры, но странности не прекратились. Алекс все время находился где-то рядом со мной, что противоречило изначальной задумке, постоянно перехватывал пасы, не давая мне вступить, блокировал противников. Это было уже не отнести к случайности или совпадению.

Сначала я решила, что теперь он мне не доверяет, поэтому пытается подстраховывать. Я даже пыталась отобрать у него мяч, но он рванул вперед, что есть силы, оставляя меня позади. Я разозлилась: что за ерунда?

Но потом меня осенило: этот придурокменя защищает. Потому что теперь знает, что я девочка. Нам явился воочию его врожденный и втолкованный гувернёрами постулат о том, что девочки – нежные создания, слабые магички и в целом нуждающиеся в опеке особи. И прямо сейчас Алекс Шеффилд сливал игру, потому что его мировоззрение было не готово адекватно среагировать на изменившуюся информацию.

Бешенство, затопившее по самую макушку, заставило меня зарычать. Я рванула вперед и вынесла плечом ближайшего ничего не подозревающего соперника. Свисток сообщил о штрафном очке для нашей команды, зато мне удалось получить буквально несколько секунд времени вне игры. И я воспользовалась им по полной.