Книга Предавшие крылья, страница 79 – Елена Яр

Но это было бы слишком. Особенно теперь, когда у меня появились подозрения по поводу осведомленности некоторых профессоров в том, откуда на самом деле берутся темные отшельники. Увидев летающего ученика, они бы наверняка сразу же выдали мне диагноз и сослали на какой-нибудь из удаленных хребтов. Да, пускай я сама в будущем непременно там окажусь, но до этого хотелось бы пожить обычную жизнь. Вернее, не так: обычную жизнь успешного, счастливого и уважаемого мага.

Именно поэтому я отбросила мысль пойти прогуляться за пределы Академии и направилась в свой жилой корпус. По пути я вспомнила, что обещала Гару принести еще немного пуха от старых перин – их любезно раздобыла для меня Мари, девушка-уборщица. Она не только не забыла про гнездо моего фамильяра, но еще иногда доставала для него немного свежего фарша с кухни. Сокол в еде был крайне привередлив, никогда не притрагивался к несвежему мясу, поэтому и предпочитал охотиться сам. Но то, что приносила ему Мари, было всегда безупречным, и он снисходил до домашней трапезы.

Я пошла через черный ход, чтобы не привлекать внимания парней. Кто знает, как бы они расценили мой интерес к девушке, что могли бы сказатьей при встрече.

Подходя к каморке, в которой чаще всего можно было застать Мари, я услышала всхлип. Я застыла, не поверив своим ушам, но когда он повторился, тут же рванула вперед. Вламываться внутрь было бы неприлично, поэтому я постучала и назвалась.

– Я занята, зайди, пожалуйста, попозже, – раздалось из-за двери.

Но в голосе слышались слезы, поэтому я откинула собственное воспитание и толкнула дверь.

Мари испуганно повернулась к входу и вскинула на меня заплаканные глаза.

– Что случилось? Мари, с тобой все в порядке?

Она отвернулась:

– Все в порядке.

– Тебя кто-то обидел?

Она отрицательно помотала головой.

Сама будучи девочкой, я могла плакать просто так. Бывают дни, когда все идет накриво, и даже как будто особого повода нет, но слезы кипят где-то рядом. Но в выражении лица Мари было что-то безысходное. Поэтому отступить и оставить ее в покое я не могла.

– У тебя что произошло? Где-то болит?

– Нет.

– В семье проблемы?

– Нет.

– Кто этот придурок, что заставил тебя плакать?

И по усилившемуся плачу я поняла, что попала в цель.

Спустя еще один заход наводящих вопросов, я поняла, что ее обидел один из парней в общежитии. Похоже, когда она отвергла все намеки на ухаживание, этот придурок обиделся и начал упражняться на ней в острословии. И со своего иерархического положения Мари не могла дать ему словесный отпор.

– Так. Ясно, – резко сказала я и направилась к выходу.

Мари тут же схватила меня за руку и начала умолять:

– Не надо, Харпер, пожалуйста! Так только хуже будет! Прошу, оставь!

Я к ней с удивлением обернулась:

– А что, по-твоему, я собрался делать? Морду идти бить?

– А вы разве не так решаете все вопросы? – Девушка шмыгнула носом.

Ох, великие боги! Я все время забываю, что надо бы быть правильным парнем. Но сейчас я не стану вести себя, как они.

– Так тоже, Мари. Но иногда мы все же включаем мозг.

– Я не хотела тебя обидеть.

– И отлично. Будь спокойна, я все решу.

Я направилась прямиком к ректору, справедливо посчитав, что это его обязанность – следить за порядком на вверенной ему территории. Застав его уже в приемной собирающимся домой, я самым категоричным тоном сказала, что дело не терпит отлагательств. Он вздохнул, но вернулся в кабинет.