Книга Сердце Феникс, страница 143 – Евгения Чапаева

Открыв глаза, Кира поняла, что оказалась перед той же массивной дверью.

Все встало на свои места. Осталось понять, что с этим делать.

* * *

В старой башне было холодно. Каменные стены, пропитанные сыростью, словно отталкивали тепло. Ветер гулял через узкие щели, наполняя помещение запахом далекого леса.

Аарон сидел на полу, прислонившись к шершавой стене. Его ноги были вытянуты, а голова опущена. Светлые волосы спутались, закрывая лицо, по щекам медленно катились слезы. Пальцы крепко сжимали амулет у сердца – маленький, хрупкий.

Амулет светился слабым золотистым светом. Аарон поднес его ближе к глазам, разглядывая трещины, которые расползались по символу фениксидов.

– Мама… – Губы дрогнули, и это слово сорвалось как молитва.

Он помнил все: материнскую улыбку, руки, которые обнимали его, когда он боялся темноты, и теплый голос, обещавший защиту. Но это видение быстро сменилось другим. Дым. Крики. А после – руки маленькой девочки, которая схватилась за него так крепко, что он не мог пошевелиться.

Кира. Ее глаза, полные ужаса, горели в памяти так же ярко, как и амулет в его руках.

– Я не мог их защитить, – выдохнул он. – Никого из них.

Амулет стал горячим. Аарон почувствовал, как его грудь заполнила знакомая боль – та, что жила в нем с того самого дня. Он и хотел бы выкинуть это проклятое воспоминание из головы, но оно врезалось в память навечно.

– Ты страдаешь, Аарон,– вдруг раздался из темноты голос, будто говорили камни в стенах башни. – Ты уже решил? Каков твой ответ?

Аарон застыл. Вокруг никого не было. Только туман, расползающийся по стенам, едва заметно подрагивал.

Аарон резко поднялся на ноги, сжимая амулет так крепко, что пальцы побелели:

– Покажись.

Туман вокруг густел и ширился, медленно заполняя помещение старой башни.

– Я могу помочь тебе, Аарон. Могу дать тебе то, чего ты жаждешь.

– Что тебе нужно взамен?

– Ничего кроме твоей злости и твоей веры. Позволь мне показать тебе, кем ты можешь быть. Позволь мне дать тебе силу изменить этот мир.

Амулет в руках Аарона вспыхнул так ярко, что пришлось прикрыть глаза. Но даже за закрытыми веками он видел свет. И в этом свете вновь возникло лицо Киры.

Она всегда была там. Она была центром его мира. Она была его точкой отсчета. И его слабостью.

– Кира… – прошептал он, почти неосознанно.

– Она не нужна тебе, Аарон. Она выбирает других. Драконитов. Свою гордость. Она никогда не выберет тебя. Но я могу это изменить. Позволь мне, и она будет твоей. Все будет твоим.

– Почему я?

– Тебе нечего терять, и в тебе есть тьма, Аарон.

Тишина окутала башню, слабое мерцание амулета освещало лицо Аарона. В его глазах блеснул страх. Глубоко, во мраке души, качалась чаша весов.

Час расплаты за все дни совместных тренировок настал. Кадетов в полной экипировке собрали на тренировочной арене. Флаги на внешних стенах гарнизона развевались на ветру за спинами собравшихся. Голос капитана Драйтона загрохотал над каменной ареной:

– Сегодня у вас есть последний шанс доказать, что вы не просто кучка болванов, играющих в войну. – Он медленно шагал вдоль строя, глядя на кадетов с нескрываемым презрением. – Небольшая мотивация: проигравшая команда отправится к восточным границам туманной Пустоши на недельное дежурство.

Роптание прокатилось по рядам кадетов, но никто не осмелился возразить вслух.