Книга Сердце Феникс, страница 106 – Евгения Чапаева

Кира стиснула зубы. Но не сбавила скорость.

– Просто не люблю отставать от других.

Шеду хмыкнул – почти одобрительно. Почти.

– Если будешь падать, я поймаю, – бросил он ей в спину, прежде чем уйти в спиральный маневр и исчезнуть в облаках.

Кира почувствовала, как по позвоночнику прошла дрожь.

Падать – не входило в ее планы.

– Все еще медленно, фениксидка. – Голос Шеду раздался совсем рядом.

– Смотря с кем сравнивать. – Она даже не вздрогнула, привыкшая к его внезапным появлениям. Другие группы кадетов определенно проигрывали им в маневренности.

Порыв ветра подхватил ее. Она резко ушла в сторону, рассекая воздух, но другой порыв ударил ее сбоку. Боль в плече вспыхнула ярче, ее крылья дрогнули. Воздушная яма. И она потеряла контроль.

– Драконья лапа! – Ее крик был почти неслышен из-за ветра.

Мир закружился. Облака смешались в единое серое пятно, а воздух стал слишком плотным. Одно крыло вывернулось под неестественным углом, и Кира начала падать, судорожно хватая воздух.

Падение длилось лишь мгновение.

Ее подхватили сильные руки, вызвав тысячу крошечных пожаров на коже.

Пальцы сомкнулись на ее талии, и она почувствовала жар, исходящий от тела Шеду.

Его крылья расправились над ними, погасив поток воздуха, а тени окутали, защищая.

Кира подняла взгляд. В его серых глазах больше не было ни насмешки, ни равнодушия – только сосредоточенность.

Ее сердце замерло, когда тени Шеду, обволакивающие их тела, зашевелились, скрывая окружающий мир.

– И тут прекрасный принц поцеловал свою рыжулю! Чмок!– язвительно произнесла Умбра. Ее мурлыкающий голос, казалось, разлился прямо в воздухе. – Она солнечными зайчиками, что ли, питается? Такая хрупкая.

Теплое дыхание Шеду коснулось щеки Киры.

– Ты могла бы быть легче, если бы не вес твоей гордости, – произнес он вполголоса.

– И ты мог бы быть приятнее, если бы держался подальше, но ты не станешь, – ответила Кира хрипло, почти не дыша.

– Но я не стану.

Его руки плавно развернули ее, возвращая на нужную траекторию.

И Кира почувствовала волнение – тихое, неожиданное, словно легкое прикосновение к сердцу.

В этот момент Лексан подлетел ближе к ним, его крылья создавали дополнительный поддерживающий поток воздуха.

– Ты в порядке? – Он выглядел обеспокоенным.

– Угу, – буркнула она, вырываясь из хватки Шеду и снова расправляя крылья.

– Если ты закончила испытывать мое терпение, мы можем продолжить? – бросил Шеду.

Кира вернулась на прежнюю высоту, избегая смотреть на него. Финорис мелькнула рядом, оценила ситуацию – Кира справлялась, и можно было не волноваться.

– Ну, это было весьма драматично, – заметила она, подмигнув.

Кира же пыталась игнорировать боль и сдерживать дрожь, которая разливалась в теле.

Аарон наблюдал за ними с земли. Его руки сжались в кулаки, а челюсть напряглась. Он не мог отвести глаз от Киры и Шеду.

– Я все видел, – начал Фирен, глядя на Киру, которая опускалась на землю, – я думал, мы не любим драконитов. Или этот особенный?

– Фирен! – прикрикнула на него Финорис и обратилась к Кире: – Рана открылась?

Кира лишь отмахнулась, чувствуя, будто одна из теней Шеду все еще окутывает ее.

– Ты нашла что-то в библиотеке? – спросила она подругу, пытаясь сменить тему разговора.

– В свободном доступе нет, но я выясняю, где у них закрытые секции или архив. В таких библиотеках обязательно должны быть какие-то тайны. – Финорис насупилась, и было видно: она уже примеряет на себя роль нарушительницы правил.