Книга Я была воительницей, но переродилась в теле леди. Том 1, страница 184 – Хе Рим Сон

– Прошу прощения?

– Да, все так и было.

Если допустить, что она совершала эти безумные поступки, не беспокоясь о том, что может умереть, все становится понятно. Сед чувствовал, как постепенно все встает на свои места.

Увидев в Люцифере отражение своего прошлого, Сед пришел к выводам, которые совершенно не соответствовали действительности. Собственные детские раны заставили его неосознанно перенести свой опыт на Люциферу. Сед редко сопереживал другим людям, но теперь он, словно просветленный мудрец, преисполнился пониманием и сочувствием к этой девушке.

Насколько же глубокую рану она носила в своей душе? И эту боль она пыталась преодолеть в одиночку. Такая стойкость духа заслуживала восхищения, и Сед проникся к Люцифере глубоким уважением.

– Говоришь, леди Айдин возвращается в столицу?

– Да. До нас дошла новость о том, что она уже отправилась в путь. Значит, в Гринхилле она будет примерно через неделю.

– Довольно быстро.

– Вероятно, она начала подготовку к отъезду сразу после того, как мы покинули графство.

– Но зачем ей возвращаться в этот полный суматохи город?

Сед не мог понять, что движет Люциферой. Чувств к наследному принцу у нее не осталось, да и друзей у леди Айдин в городе не было.

Перед глазами герцога предстал образ Люциферы.

Хотя бы он должен хорошо к ней относиться. Правильным решением будет приглядывать за ней, насколько это возможно. Разве она не его невеста? Скоро они поженятся. Будь на ее месте кто-то другой, стоило бы ограничиться сочувствием, но Сед понимал, что именно он сейчас являлся самым близким человеком для Люциферы.

Сед снова все неправильно истолковал, но на этот раз его недопонимание вело к гораздо более серьезным последствиям.

Зимняя поездка в карете истощила все с таким трудом накопленные силы. Как только Люцифера прибыла в городское поместье, первым делом она, изрядно уставшая от дороги, погрузилась в теплую ванну. Ей показалось, что ее тело тает.

Отдохнув и расслабившись, Люци начала вспоминать события, предшествовавшие ее отъезду. Она узнала, что граф отозвал всех людей, которых она отправила для проведения расследования. Граф знал, что за спиной ублюдков, напавших на его дочь, стоит сам наследный принц и, видимо, решил замять дело.

Поначалу Люцифера ужасно возмутилась, но вскоре успокоилась. Граф дорожил своей дочерью и любил ее, но лишь до тех пор, пока это не угрожало его собственному положению. Он вел себя так, словно был совершенно открыт перед дочерью, готовый рассказать ей что угодно и когда угодно, но на самом деле у него тоже были свои секреты.

Например, разве Мэтси не распространял по его указу ложные слухи о том, что на одной из двух гор-близнецов водятся монстры? В конечном итоге слухи оказалось не ложными, и на горе действительно водились монстры, но Люцифера уже знала о том, что граф не так прост, как кажется, и решила быть с ним начеку. Единственное, в чем она была уверена, так это в том, что граф всей душой любил свою дочь.

Люцифера откинулась на белый борт ванны. От запаха ароматических солей закружилась голова. Она снова вспомнила о нападении. Что это вообще было? Разве Сед не сказал, что все уладит? И тем не менее, узнав, что его невеста в опасности, мигом приехал к ней. Он отнесся к своему обещанию серьезно.

Она не удивилась. Несмотря на отвратительный характер и грубую речь, Сед не был плохим человеком, даже если и пытался притвориться, что это не так. Эстель тоже прекрасно об этом знала. Не желая этого признавать, она вспомнила тот грубый тон Седа и, стиснув зубы, отправила его к черту. Прямо как Халида.