Книга Истинная душа дракона, страница 84 – Анастасия Милованова

Этот жест ещё больше вгоняет меня в ступор. Я поверить не могу в то, что вижу.

– Нет, луна моя. – Дядюшка вроде и улыбается, но улыбка его хищная. – Мы принесём альвам окончательное освобождение. Драконы опасны и всегда такими будут.

– Но…

– Хватит! – рявкает Сайрус. – Лери, при всей моей благосклонности к тебе, при всей твоей полезности, но ты меня тоже достала. Строишь из себя самодостаточную и волевую, из кожи вон лезешь, чтобы показать, какая ты сильная. А на деле? Ткни тебя в болевую точку – и ты расклеилась. Скажи, Лери, этот гад чешуекрылый именно так нашёл к тебе ключ, да? Просто погладил по шёрстке, а ты и рада растечься перед ним ванильной лужицей.

– Ты ничего не знаешь! – в ярости кричу я, отступая от них.

Мне нужно время, возможность запеть и попробовать отбиться от них. Хотя бы для того, чтобы выбежать из храма и предупредить Ноктиса с Кайрисом.

– Заткнись! Драконьим подстилкам слова не давали. Полери, ты по уши в грязи! – На лице Сайруса застывает брезгливая гримаса. – Связаться с нашими врагами, пустить их к себе в постель. Как ты могла? Ты же была моей чистой девочкой. Я же заботился о тебе, сделал всё, чтобы устроить твою жизнь. Да, пришлось немножко тебя исправить, но всё же. Я был на твоей стороне, луна моя!

– В этом-то и ваша проблема, лорд Митраль.

Мы одновременно поворачиваем головы к входу. Сердце, как безумная белка, скачет от радости, когда я вижу идущих по проходу Кайриса и Ноктиса. Вокруг дракона летают аметистовые искры, а его глаза горят тёмно-фиолетовым огнём.

– Мне не нужно исправлять Лери, ведь для меня она идеальна, – произносит Ноктис перед тем, как атаковать.

В следующийже миг зал храма заволакивает лиловым туманом. Я слепну, глохну, но открываю рот и начинаю петь. Песню, что хотела исполнить для Ноктиса. Потому что хочу, чтобы и он знал о моих чувствах.

Сквозь оглушение до меня всё же долетают звуки борьбы, чьи-то крики и звон разбившегося стекла. Я не знаю, что происходит, сколько врагов нас окружает, но понимаю, что счёт идёт на секунды. Чем дольше Ноктис использует свой дар, тем опаснее для него.

Мой голос взлетает под купол храма и, подхваченный эхом, многократно усиливается. Магия взрывается в моём резерве, переполняя магические каналы и расплёскиваясь вокруг. Я вижу сотни разумов, заполнивших храм. Каждого я могу усыпить, но мне нужна одна конкретная цель. Самая опасная. Мама.

– Не так быстро, доченька!

Бледная, с синими прожилками рука появляется из лиловых сумерек и хватает меня за запястье. Я сбиваюсь с текста, но продолжаю петь, даже когда ко мне из дымки выходит мама. Алые глаза горят демоническим огнём, а в мой разум начинается пробиваться чужое сознание. Меня атакуют сотни видений, но я отбиваюсь от них и бросаю в ответ свои. Мы сходимся с мамой в бою, но этот бой проходит не в реальности. Одно я понимаю совершенно чётко: мне нельзя проиграть маме. Иначе она обернёт свой дар против самых дорогих мне людей.

– Ну что, размялись? – раздаётся в голове шипящий голос мамы. – Тогда давай играть по-взрослому.

И тут же сознание взрывается острой болью. Я падаю и не пойму, в реальности это или меня затягивает в лиловую пучину кошмара. В панике цепляюсь – руками, разумом – за всё, что может оставить меня в сознании. Резерв взрывается тупой болью, и я чувствую, как мама тянет из меня магию. Высасывает бурным потоком, как и положено альве Крови.