Книга Принцесса ветра и мести, страница 62 – Алиса Джукич

Внезапно кто-то пронзительно закричал, привлекая мое внимание. Ужас словно остановил мое сердце. Я оглянулась, позабыв о надвигающемся на меня противнике. Саманта отбивала натиск огненных солдат, рядом с ней, припрыгивая на одной ноге, сражался Габриэль. Несмотря на обильно залитые кровью ледяные доспехи, они храбро сражались рядом с домом, где прятались дети.

Сейчас же малыши гурьбой высыпали на улицу. Здание полыхало, но некоторые дети оказались заблокированы огнем на верхних этажах.

«О черт!»

Позабыв про раненую спину, я перемахнула через обломки серебряной кареты, спеша на помощь к детям, но зацепилась подолом за торчащие спицы. Дернув на себя, я оборвала юбку едва ли не до колен. Габриэль ударил в пламя водным потоком, потушив пожар.

И тут я увидела ее. Мира быстро двигалась к фонтану, туда, где разворачивалась самая кровавая битва. Проследив за девчушкой, я поняла, что она бесстрашно бежит к разрушенной статуе снежного барса, под обломками которой зажало зимнего фейца, скорее всего ее отца.

Мгновение, и я рванула за ней, порывом ветра отбрасывая вражеских гвардейцев с пути. Малышка бежала на несколько метров впереди меня, голубое платье пестрило на фоне алого от крови снега.

Мира прошмыгнула мимо арахни и удачно обогнула тело изуродованного льдом веспертио, но неожиданно напоролась на меч огненного фейца, преградившего ей путь. Малышка взвизгнула и неверяще посмотрела на торчащую из плеча темную рукоятку. Голубой атлас платья быстро потемнел, пропитавшись кровью. Гвардеец вынул меч из тела девочки и пнул ее в грудь, отбросив от себя подальше, словно ненужный мусор. Отец малышки закричал, силясь опрокинуть неподъемный кусок мрамора, чтобы помочь дочери. Его крик – крик невыносимого страдания – эхом отдался у меня внутри. Когда-то и я так же кричала над телом матери.

Это стало последней каплей. Неописуемая ярость и боль превратились в необузданную силу. Каждая моя клеточка стала источником древней магии. Мир замер. Звон бьющегося стекла, нет, воздуха, остановил сражение. Миллионы прозрачных осколков полетели в огненных солдат. Корни деревьев, выросшие из снега, заживо кромсали прихвостней Александра. Несколько смерчей набросились на арахни и веспертио, разрывая монстров на части.

Я кричала, а благая сила безжалостно убивала любого, кто противился ей. Сердце бешено билось о ребра, из глаз лились слезы, хотя нет, кровь! Я растрачивала себя бездумно, охваченная стремлением во что бы то ни стало разбить армию Александра.

Уничтожив по меньшей мере сотни вражеских солдат, моя магия начала черпать силы из жизненных резервов. Я осела на колени, всколыхнув снег. Изо рта потекло что-то горячее. Но я не останавливалась, победно наблюдая за тем, как корчатся в предсмертной агонии союзники Александра.

Когда от огненного войска практически ничего не осталось, кто-то подошел ко мне сзади и грубо схватил за волосы, приподняв над землей. Переведя помутившийся взгляд, я распознала искаженное злобой лицо полководца. Его красивые черты располосовали глубокие порезы, а правая рука неестественно выгнулась и повисла. Вместе с магией, все еще бушующей над Араклеоном, из меня утекала жизнь. Сил на сопротивление не осталось, я лишь безвольно висела, болтая ногами в воздухе.

– Ты обречена, сука! – Громила сплюнул кровь мне в лицо.