Книга Адское пламя, страница 139 – Алиса Джукич

Посиневшие от удушья мужланы слабели, но, пока их зрение не померкло и они не отправились к Люциферу, я вскинула руку и пробила ею грудь приглянувшейся жертвы.

Победно расхохотавшись, запрокинула голову к прогнившему потолку. Необъяснимое удовлетворение от вида, как черты незнакомца заострились под шквалом неописуемой боли и дикого ужаса, обволокло каждую частичку внутри меня теплом.

Пробившись через кости, мои пальцы сжались на сокращающемся сердце. Оно тикало в кулаке, точно нагрудные часы, механизм которых я должна вот-вот остановить.

От увиденного пьянчуги с новым рвением принялись выпутываться из теней, неуклюже дергаясь, а я рванула погруженную в мужлана руку обратно, заменяя липкий жар на пальцах прохладой трактира.

Пока кто-то шумно избавлялся от остатков ужина, я швырнула в стену вырванное сердце, и лысый ничком рухнул на пол.

– Бойтесь своих желаний! – пророкотала я и, даже не вытерев кровь с руки, изогнула пальцы.

Я будто стала дирижером оркестра, только вместо умелых музыкантов, извлекающих трели из различных инструментов, бесстыдно управляла жизнями незнакомцев. Кольца теней взмыли вверх, поднимая в воздух моих несостоявшихся обидчиков. И прежде чем тьма с пронзительным хрустом свернула им шеи, мою спину пробрал мороз.

Нет, не холод моей силы, а леденящий кровь испуг за собственное решение. Я будто увидела все со стороны: залитый кровью зал; горько рыдающая у бара подавальщица с разорванным передником; вжавшиеся в стену мужчины, которые отказались вступать в смертельную схватку; и ублюдки, подвешенные тьмой к потолку.

Секундного замешательства хватило, чтобы Клара, решительно оттолкнув удерживающую ее за руку Лу, вылезла из-под стола и на всех парах помчалась в центр зала. Ее ноги путались в юбке, но она продолжала огибать разбитую посуду и опрокинутые стулья, пока не оказалась в шаге от меня. Мокрые дорожки слез бороздили бледные щеки, и, шмыгнув, Клара пискляво взмолилась:

– Отпустите их, Адди! – Фрейлина обвела трясущейся рукой зал и, кашлянув, перевела дыхание после бега. – Месть не заполнит дыру в груди, не пятнайте больше душу.

Вспомнив про несуществующие, но слишком мучительные рубцы под ребрами, края которых с каждым убитым кровоточили сильнее, я вырвалась из гипноза.

Клара была права. Неважно, чье сердце я отправляла пылиться в железный ящик Елены – невинной женщины или распутного мужлана, сам факт того, что именно я опорочена чужими смертями, уже делал из меня монстра.

Что же изменилось теперь?

Взор опустился на спрятанную под одеждой брачную метку Аваддона. Я закатала рукав до локтя и быстро развязала бинты.

Можно было и не тратить время на бессмысленную проверку. Учиненный из-за слишком ярого пыла погром и так указывал на чужое влияние. Аваддон вновь сплел нашу суть в один огромный клубок боли, страданий и желания отомстить всему миру.

Как я и предполагала, Звезда Моргенштерна вернула себе прежний вид, полностью избавившись от недавно пересекавшего ее разреза. Только тонкая белая полоска напоминала о ране вдоль сухожилий.

Пальцы разжались, вытянутая рука упала, а вместе с ней с грохотом повалились на пол и потерявшие от удушья сознание незнакомцы.

Должно быть, Аваддон как-то воздействовал на меня регенерирующей силой, ускорив заживление пореза.