Книга Адские тени, страница 98 – Алиса Джукич

– Почему вы до сих пор не уволили Лионеля? Логично избавиться от предателя.

Высокие шпили крыш аббатства, казалось, тянулись к проплывающим над нами кучевым облакам. Звон колокола, спугнувший надоедливую ворону, ознаменовал скорое начало службы. Разномастные горожане уже толпились у входа в собор.

– Пока Лионель близко, мне проще его контролировать и следить за его выходками, – признался Кайлан.

Мы зашагали к крыльцу собора. Несколько прихожан обернулись и, поклонившись лорду, пропустили нас к входу.

Из аббатства повеяло зажженными свечами и травами. В носу засвербело, и я тихо чихнула в перчатку. Кайлан учтиво снял шляпу, и мы вошли внутрь.

Главный зал собора был настолько же величествен, как и здание снаружи. Кирпичные аркообразные своды украшали золотые подсвечники и драгоценные кресты. Вдоль комнаты тянулись ряды деревянных лавочек, а противоположную от выхода стену облегчали витражные окна с изображениями разных святых.

В полной тишине горожане рассаживались по своим местам. Знать в дорогих одеяниях занимала первые ряды, а люди из класса ниже размещались недалеко от выхода. Кайлан провел меня по алой ковровой дорожке до самой ближней к золотому алтарю скамье.

Удивительно, на нас никто не таращил глаза, будто появление главы Франсбурга на службе – привычное дело.

Опустившись на выбранное место, я сняла шарф и перчатки.

– Значит, вы частый гость в соборе, – шепотом отметила я, стараясь не зацикливаться на умопомрачительной красоте Кайлана, тускло подсвеченной свечами. Тени от густых ресниц полосами падали на его скулы, а отблески света в темных глазах порождали желание сгинуть в их омуте.

Лорд сел рядом. Больше на нашу скамью никто не посягнул.

– Люблю хоровую музыку, – признался Селье и закинул руку на изогнутую спинку позади меня. – Так что в следующий раз отведу вас в филармонию, конечно, если после сегодняшнего вы не сбежите от меня с криками обратно в Абракс.

– Вам так нравится пугать меня, милорд? – я придвинулась ближе, чтобы Кайлан мог лучше слышать. Терпкость плавившегося тут и там воска, противно пропитавшая легкие, сменилась ароматом дыма, плотного и завораживающего, как пахнет полуночный сумрак, – ароматом Кайлана.

– Мне нравится делать все, что заставляет вас нервно трепетать или жадно покусывать губы, Адель. – Я вмиг перестала жевать нижнюю губу.

И когда он успел изучить мои привычки?

– Но, к сожалению, в этот вечер я вызову в вас другие чувства…

Кайлан осекся. К алтарю вышел хор из местных детишек в белых одеждах. Мальчишки держали в руках толстые свечки, а девочки лилии. За ними семенили два взрослых мужчины в черных рясах и четыре молодых человека в более светлых одежах.

Все затаили дыхание, когда седовласый монах дал отмашку детям, и собор наполнили трели тонких мелодичных голосов.

Я тонула в этих переливах чистейших звуков, которые подобно соловьям разносились под высоким сводом аббатства. Купаясь в пении, я потеряла счет времени и вернулась в реальность, только когда последний ребенок скрылся за двухстворчатой дверью в конце зала.

Широкие плечи Кайлана рядом со мной напряглись. Проследив за его взглядом, я отметила, что лорд слишком пристрастно изучал кабинку для исповеди.

– Только не визжите, Адель. Если вы действительно надеетесь на совместное сотрудничество, вам придется кое к чему привыкнуть, – с этими словами Селье повернулся ко мне, и я сдавленно охнула. Карие радужки лорда пропали, как и золотые блестки. Растворившись во тьме мироздания, его чарующие глаза стали полностью черными. Мрак поглотил даже белки, и я невольно отшатнулась от демонического взора – взгляда, сосредоточившего в себе всю людскую порочность.