Онлайн книга «Адские тени»
|
Поглощенный далекими событиями прошлого Кайлан выглядел отчужденным и холодным, но сейчас его образ не был наигранной ширмой, его подпитывали искренние грусть и скорбь из-за прошлых ошибок. Странно было видеть его настоящим, будто Повелителю Похоти действительно не чужды и другие эмоции. Резко повисшее молчание угнетало. Я положила голову на колени и повернулась к Селье. Тот, не сразу сообразив, что замолчал, быстро заморгал и вновь оживился: – Гвардейцы Ульема собрали кровь Аваддона, стекавшую по невидимому барьеру, и, перехватив Цепи, уволокли Азазеля в замок. София громко рыдала всю дорогу, пока процессия не исчезла из нашего поля зрения. – Кайлан пожевал губу, а я, представив маму в таком разбитом состоянии, не сдержала судорожного всхлипа. – Спустя пару месяцев Ульем изобрел более действенный способ поддержания барьера, чем постоянно проливаемая им кровь для новых кольев. Он смог связать Азазеля с охраняющими Абракс чарами, насыщая его силой. Мы – Принцы Ада – бессмертны, но даже у нашей магии есть предел, если беспечно и бесконтрольно выкачивать ее на охрану целого королевства и не подпитывать грехом. Мы поняли это, когда барьер поменял оттенок, став из прозрачного, лучившегося легким белым сиянием, туманно-зеленым – цветом магии Аза. Не нужно быть мудрецом, чтобы догадаться, что при таком количестве расходуемой силы брат долго не протянул бы. Астарот хотел призвать Люцифера, но Аваддон отказался признавать поражение в войне и взывать к помощи отца. Я был согласен с ним: Люцифер не то что не стал бы спасать Аза, он бы и нас покарал за допущение стольких оплошностей. Люцифер относился к своей жене как красивому украшению преисподней и всегда поучал нас, что нет ничего уязвимее, чем любящее сердце. И если мы когда-нибудь перейдем черту запретного для Принцев Ада чувства, то он изгонит нас в Бездну Тьмы. Кайлан прочистил горло и нашел меня потухшим взглядом. Вдруг в карем омуте что-то промелькнуло. Наверное, я была настолько поражена рассказом, что на мгновение увидела всплеск нежности, которого там просто не могло быть. – Чтобы изгнать нас из мира людей, Ульем влил в Грааль добытую кровь Аваддона, соединив в одном сосуде смерть и жизнь. Он знал, что ихор Азазеля не подойдет для главной цели, но с помощью его силы, которая укрепила барьер, Ульем выиграет для Абракса время, пока создает оружие. Кровь Повелителя Смерти под влиянием святыни превратилась в эфир, который убийственно действовал на демонов. Ваш дед смочил в нем все людские клинки и пошел в бой. Завязалась кровопролитная битва, где гибли и люди, и демоны. А потом на сторону короля встали призванные им архангелы… Небо разверзлось, и эфир, который размножила и подпитала ангельская сила, полился на поле боя вместе с дождем. Серебряные доспехи людей он окрашивал в алый, но когда касался нас – то убивал одной каплей. Мы позорно отступали, спасаясь бегством. Ульем знал, где открылся проход в ад, из которого мы проникли в ваш мир, и гнал нас туда, как волк заблудших овец. Загнав Аваддона и Астарота в угол, он изгнал их с земель Абракса обратно в преисподнюю. Но я и горстка моих верных соратников успели улизнуть и спрятаться от кровавого дождя и воинов с небесным оружием в ближайшей деревне. Я стер память о нас у всех жителей Абракса, за что нехило поплатился, потеряв связь с адом. Однако истратив львиную долю магии, я не мог отступить подобно братьям. Я был нужен Азазелю, став его единственным шансом на спасение, поэтому залег на дно в захудалом месте, которое теперь зовется Франсбургом. |