Книга Яд ночи, страница 128 – Алиса Джукич

Сердце охватило агония, я видела далекую ночь глазами Анны, возвращавшейся из леса к высокому забору величественного поместья. Ее тонкая рука прижималась к округлившемуся животу, умело скрытому от посторонних глаз складками наряда. Анна с трудом переставляла ноги от тянущей боли внизу спины,а подол ее светлого платья стал черным от грязи и крови, стекающей по ногам.

И снова смена событий.

Кто-то резко подхватил Анну на руки, бережно прижимая к груди, и поспешил скрыться в каменном доме, на ходу распугивая руганью слуг. Ее, рыдающую взахлеб, уложили на ту самую кровать с белым балдахином, и простыни мгновенно пропитались кровью. Вокруг замельтешили люди, но их лица размывались из-за слез, а тревожные голоса угасали в океане ломающей таз боли.

Я потеряла счет времени, застигнутая врасплох страданиями девушки. Она истошно вопила, извиваясь на кровати, комкала одеяла и обливалась потом. Тяжелые роды выдирали из нее дух, утекающий из тела вместе с обильным кровотечением. Анна старалась из последних сил, прогоняя подступающую к ней бессознательную тьму, ведь знала, что на кону стоит жизнь ее дитя. Однако спустя часы, разродившись, она не испытала облегчения…

Снова смена видений.

Мелькнувшие на периферии зрения белоснежные волосы, мужской крик, нестерпимая агония и… пламя!

Меня затопило таким нестерпимым сожалением от осознания потери жизненно важной для Анны части – ребенка, затихающий плач которого отдавался эхом в наших ненадолго объединенных сердцах, что из моего горла внезапно вырвался крик.

Прежде, чем я отшатнулась от призрака, чтобы разорвать наш мучительный контакт, в котором с силой урагана сталкивалось прошлое и настоящее, подсказка Анны зазвенела в сознании:

– Подвал особняка Кэмбэллов. Там ты узнаешь правду… Мое время в мире живых ограничено, я не могу поведать всей истории.

Лед чужого вторжения в разум отступил, а силуэт Анны развеялся, когда дверь моей спальни с грохотом распахнулась, и в комнату ворвались Ба-ба и Генри, вооруженный скалкой. Если бы я не стояла, схватившись за виски, и не балансировала между явью и утягивающей в обморок слабостью, то обязательно расхохоталась бы.

Барбара храбро выступила вперед, оглядывая комнату придирчивым взглядом:

– Лекса, что произошло? Мы слышали крик!

Я похлопала себя по щекам, чтобы не отключиться, и натянула на бледное от ужаса лицо легкую улыбку.

– Вон там! – указала пальцем на угол рядом с кроватью, пытаясь адекватно оправдать свои вопли. – Паук! Там был огромный ПАУК!

Генри выругался под нос и, прихрамывая на левую ногу, двинулся в указанном направлении уничтожать выдуманное мною членистоногое.

Барбара покачала головой, но заметив мое шикарное платье, весело подмигнула. К сожалению, не я сумела ответить ей тем же. Радость – последняя эмоция, на которую после мрачного видения Анны я могла рассчитывать.

– Нет тут никого! – приподняв край одеяла, мистер Стоун заглянул вдобавок и под кровать, а я пожала плечами, как бы говоря: «должно быть, убежал».

Стоуны покинули мою комнату через пять минут, прочитав кучу нотаций об осторожном поведении на студенческих вечеринках. Генри задержался возле моей сумочки и, пока Ба-ба настоятельно советовала не напиваться и держать ухо востро, запихнул в нее что-то квадратное и блестящее.