Книга Заложница. Черный корсар, страница 47 – Арина Теплова

Естественно, в этом жутком обличие грузина с темными лицом, смольными волосами и глазами, это было сделать ох как не просто. Со своим именем дворянина и славянской внешностью это было бы гораздо проще. Но, Петр собирался все равно осуществить свой рискованный план, понимая, что время неумолимо играет простив него и Анны.

Обо всем этом Игнатьев думал всю следующую ночь, не сомкнув глаз, думал и следующие дни, мучительно, напряженно и неумолимо, ища выход,как поступать дальше, чтобы все получилось, как надобно…

Тот вечер Анна и Евгения провели у приветливого соседа, господина Шелегина, который собрал в своем доме, на окраине Фороса всю немногочисленную изысканную публику селения, отмечая покупку небольшой прогулочной яхты. На рауте гости много говорили, пиши сухое французское шампанское, привезенное из Петербурга, и поздравляли хозяина дома с выгодным приятным приобретением.

Вернулись Анна и Евгения уже около полуночи, в сопровождении Игнатьева, который, несмотря на недовольство девушек, сопровождал их до дома Шелегина и обратно.

Весь светский прием, Петр терпеливо ожидал их на улице, а когда увидел выходящих девиц, окинул их недобрым взором. Они были навеселе. Анна даже начала оправдываться, говоря о том, что ни разу не пила шампанского, оттого один бокал ударил ей в голову.

Игнатьев сделал вид, что ему все равно. А спустя пять минут, когда Евгения неожиданно споткнулась и едва не упала, он предложил ей свой локоть. Она то явно выпила не один бокал. Девушки ухватились за него и всю оставшуюся дорогу до их усадьбы, Петр почти тащил девиц за собой, ибо они едва шли.

Им открыл дверь единственный слуга, который еще не ушел в дом для прислуги и дожился их.

— А, госпожа Анна, господа Евгения, — поклонился слуга, говоря с сильным акцентом по-русски. — Я уже потерял вас. Уже почти полночь! Ваш братец будет не доволен, что вы гуляете по ночам.

— Абдулла, прошу, не надо ничего говорить об этом Андрею Николаевичу, — пьяным заплетающимся голосом велела Евгения, и едва не упала, споткнувшись о подол платья.

Петр удержал ее сильной рукой от падения. Отметив, что Евгения стоит, он усадил Анну на бархатную банкету в парадной.

Уже более крепко ухватив за талию, еле стоящую на ногах Евгению, он обернул взор на зевавшего слугу со свечей в руке. Показав слуге жестом, что он свободен, Петр направился с Евгенией вверх по лестнице, намереваясь увести в комнату сначала ее.

— Я, правда, могу идти, господин Тимур? — уточнил слуга ему в след.

Не оборачиваясь, Петр кивнул и слуга, благодаря его, зажег рядом с Анной канделябр. Девушка смотрела перед собой, тряся головой и, пытаясь прийти в себя. Слуга быстро поспешил прочь из усадебного дома.

Доведя Евгению до спальни, Петр распахнул перед ней дверь, иубрал свою руку с ее талии, подталкивая ее внутрь комнаты. Но она вдруг пьяно завопила:

— Тимур дорогой, доведите меня до постели. Вы же не хотите, чтобы дама упала?

Нахмурившись и помня, что в парадной Анна осталась одна, и ее тоже надо было увести в спальню, Игнатьев проворно легко приподнял Евгению за талию и в три шага преодолев расстояние до ее кровати, посадил ее на постель. Он уже хотел выпрямиться, но пьяная девица вдруг обвила его шею руками и потянула его к себе. Молодой человек отчетливо считал ее похотливый блеск в глазах.