Книга Заложница. Черный корсар, страница 44 – Арина Теплова

— Я не поблагодарила вас за спасение брата. Спасибо вам, Тимур, — произнесла она, уже вытирая его рану насухо и начав бинтовать плечо. — Андрей рассказал мне, как вы защитили его от тех воров!

Игнатьев округлил глаза и медленно кивнул. Хорошо выкрутился Али Хасан, наплел ей каких-то небылиц. Хотя, наверное, и верно. Анна не должна была знать, что на самом деле произошло.

— Вы знаете, Тимур, я буду присматривать за вами. Кто-то же это должен делать. А то у вас совсем не было воды. Да и вашу рану надо перевязывать. Тамаре всегда некогда, она то на кухне, то на рынке,то уборку делает. Я еще вчера хотела предложить вам свою помощь.

Петр яростно замотал головой. Еще чего не хватало! Чтобы она ухаживала за ним.

— Вы не переживайте, мне это не трудно. Я все равно целый день бездельничаю, ну когда не помогаю Тамаре с ужином, — настаивала девушка.

Поджав губы, и нахмурившись Петр долго мрачно испепелял ее взором. Он видел, что она не отступиться. Потому спустя пару минут, глухо выдохнул и откинулся обратно на подушку и прикрыл глаза.

Это было так унизительно, чтобы она ухаживала за ним. Именно от нее принимать помощь. А если он захочет справить нужду? Она что будет подавать ему утку? Да он сгорит от стыда.

— Молчание — знак согласия, — сказала Анна, все убирая и вставая. — Схожу на кухню. Принесу вам супа. Тамара наварила такой борщ, пальчики оближешь.

Она быстро умчалась прочь из комнаты, а Петр недовольно пробурчал себе под нос:

— Ух сладкая липучка. И как запретить ей? Не отстанет ведь… И что это еще за «пальчики оближешь»? Никогда такого выражения не слышал.

На следующий день Анна принесла ему в горшочке жаркое, которые аппетитно пахло, и начала опять как ребенком ухаживать за ним. Потом, как и обычно предложила перевязать на ночь его рану.

Петр хоть и был недоволен ее опекой все эти два дня, все же радовался ее присутствию. Но все же хотел отвадить девушку от своего раненого тела и своей комнаты. Его раздражала ее постоянная помощь. Он не хотел выглядеть жалким и беспомощным. И чтобы она жалела его. Ы Это было унизительно и не правильно.

Он хотел, чтобы она воспринимала его как мужчину, мужественного и сильного. А в этой кровати перебинтованный, он точно не мог достойно выглядеть.

Потому он придумал нечто что могло спугнуть девушку, ибо молчаливые намеки на то, что помощь ему не нужна, она не понимала.

В тот момент, когда девушка закончила перевязку, и уже хотела отойти от него, он быстро обхватил ее запястье и потянул к себе. Она не поняла, что ему нужно, недоуменно обернулась к нему. Но Игнатьев уже быстро обвил ее талию другой рукой и опрокинул на постель. Тут же навис над ней, и бесцеремонно впился дерзким поцелуем в ее сладкие губы.

Как и в прошлый раз ее близость опьянила его. И он начал ласково целовать ее, прижав ее своим телом к кровати.

Тут же он ощутил, как Анна начала сопротивляться. Она выдернула свои губы и, гневно взглянув на него, ответила ему звонкую пощечину.

Ее ладошка ударила совсем не больно, но ему стало обидно. Неужели его горячий поцелуй заслуживал вот такай холодной затрещины? Ну уже нет. Он тут же рассердился и решил наказать строптивицу. Еще будет быть его по лицу.

Чуть приподнявшись над девушкой, Петр рукой начал властно ласкать ее клюцу. Потом его рука нагло прошлась вниз в ее груди, властно обхватила упругий холмик, дерзко заминая ее грудь. При этом он крепко держал ее второй рукой, и в упор смотрел прямо в глаза.