Книга Заложница. Черный корсар, страница 39 – Арина Теплова

— Тимур, я бы хотела попросить вас еще об одном одолжении.

Я старалась не замечать, что его рука невозможно сильно прижимает меня к мускулистой груди, а горячее дыхание мужчины опаляло кожу на виске. Вся моя поза и это интимное расстояние, вызывали у меня неприятный озноб по всему телу.

Но другого варианта добраться до усадьбы у меня не было.

— Вы можете не рассказывать обо всем случившемся моему брату? А то он опять будет бранить меня.

Я снова заглянула в его глаза. Увидела, что он колеблется. Видимо не мог решить — выполнять мою просьбу или нет. Оттого я решила немного задобрить его. Легко погладила своими пальцами тыльную сторону его ладони и даже улыбнулась.

— Прошу вас, Тимур, выже не хотите расстраивать Андрея? И я не хочу.

Темный взор мужчины вдруг замер на моих губах, а затем быстро переместился снова на глаза. Он медленно кивнул в знак согласия.

— Ох, благодарю вас, Тимур. Вы настоящий друг.

Я ощутила, как напряглось его большое тело. Последняя моя фраза явно не понравилась Тимуру. Но через миг он глухо выдохнул и его взгляд стал обжигающим.

А мне отчего-то подумалось что он снова хочет поцеловать меня. Занервничав, я отвернулась от него.

Более до усадьбы я не сказала ни слова.

Спустя четыре дня Мехмед решил устроить в доме небольшое празднество. Гостей не было. Однако все домочадцы собрались за обеденным накрытым столом. Кухарка подготовила кушанья на славу.

В тот вечер Али Хасан объявил, что якобы получил новую должность и через пару месяцев должен поступить на службу в русское военное ведомство. Мехмед красочно описывал свою будущую службу и то и дело поднимал тосты, а так же подливал Евгении и Анне игристое шампанское. Они с радостью поддерживали его и поздравляли.

Единственный кто сидел безучастным за столом был Петр. Он не пил вина и только как-то недовольно поглядывал на Али Хасана. Он прекрасно знал, чего добивается полукровка-турок. Мехмед хотел напоить Анну и после вывести ее на задушевный разговор. И Игнатьев опасался, что Анна не сдержится и расскажет что-нибудь про бумаги отца.

После ужина Али Хасан пригласил Анну поговорить по душам в его кабинете. Именно этого и боялся Петр. Однако спустя два часа, когда девушка поднялась в свою спальню, турок велел Петру зайти к нему.

Когда Игнатьев плотно закрыл дверь, и с позволения Мехмеда уселся напротив него в кресло, Мехмед раздраженно заметил:

— Девчонка ни в какую не хочет ничего говорить. Даже сегодняшнее вино не разговорило ее. За последние недели я уже столько раз заводил с ней разговор о «нашем» отца и его бумагах. Но она постоянно делает непроницаемое наивное лицо, и глупо хлопает глазами. И переводит разговор на другую тему. Она или действительно ничего не знает или же хорошо притворяется. Что ты думаешь об этом, Тимур?

На эти слова Али Хасана, Петр едва сдержал довольную улыбку. В душе ликуя оттого, что Анна ничего не рассказала.

Игнатьев показал несколько быстрых жестов рукой и Мехмед недовольно поморщился.

— Ты думаешь, что все же она ничего не знает? Возможно. Но мне кажется, что она все же что-то скрывает. И вся эта ситуация уже раздражает меня. Как добиться от нее то что нам нужно? Все же не хотелось бы применять к ней пытки, ее кожа так прелестна.

Игнатьев тут же отрицательно замотал головой, показывая, что насилие над девушкой — плохой вариант.