Книга Ловушка для артефактора, страница 187 – Диана Рахманова

— Тебя подставили…

— Да. И как только целители дали разрешение, я сразу отправился в академию. И тут же получил твоё письмо.

На секунду я даже забыла, как дышать, а затем сердце заколотилось с новой силой. Он выбрал меня. А я… отвернулась без объяснений, убежала, как маленькая девочка.

Я не могла найти подходящих слов. Да и не была уверена, что они вообще существуют.

— Мне так жаль, Кас, — осознав сказанное, я отстранилась и потерла руками лицо, силясь не заплакать от горечи, что ощущалась на языке. — Из-за меня ты испортил отношения с семьей, лишился мечты и оказался здесь.

— Не совсем так, — со вздохом поправил меня Касьян. — Да, все началось с тебя, но, как ты уже успела понять, это не единственная причина. На самом деле во всей этой ситуации я сам виноват. Наверное, можно было как-то договориться с отчимом полюбовно, что-то решить. Но у меня взыграла гордость, обида. Было горько узнать, что для того, кого я всю свою жизнь считал отцом, я был лишь разменной монетой… у меня почва из-под ног ушла. Потом я лишился мечты. Тебя… И как-то все это так враз навалилось.

— Прости меня, — вырвались из груди слова. — Я не должна была так уезжать! Какая же я дура!

— Брось, Ив. Я не виню тебя. Винил раньше, но не сейчас. Отчим приложил максимум усилий, чтобы разрушить мою жизнь. И у него это получилось. До кучи выяснилось,что он отозвал деньги за обучение, и мне светит практика. И не абы где, а у разлома. У меня даже времени на размышления не было, я уже оказался в списке. Я тогда психанул, знал, что это еще одна попытка манипуляции, и назло уехал. Он устранил тебя, видимо думал, что это поможет. А я уже просто из принципа решил, что не пойду на поводу. Но знаешь, что было самое паршивое во всей этой ситуации?

— Можно подумать, перечисленного недостаточно, — буркнула я недовольно.

— Я не мог ничего рассказать Злате. В последнюю нашу встречу отчим явно дал понять, что мне стоит держать язык за зубами. Дочь он действительно любил и гордился ею. И прекрасно понимал, что она такого не простит. Отвернется. Не хочу, чтобы из-за меня они поругались, с него станется и на ней отыграться. Я до сих пор не знаю, как ей преподнесли моё отречение и отъезд, она ведь мне бойкот на два года устроила, не хотела ничего слышать.

— Да что тут думать, — хмыкнула я. — Судя по тем обвинениям, что Злата вывалила на меня в нашу последнюю встречу, меня выставили негодяйкой, ради которой ты отказался от семьи, а я бросила тебя сразу после этого. А вскоре и вовсе переключилась на другого богатенького мальчика. Неудивительно, что она так злится на меня.

— Скорее всего, ты права. Но ничего, вот вернемся, и я ей все расскажу. Уже можно, она самостоятельная.

— А Верховный? — напомнила о настоящем родителе. — Как ты узнал, что он твой отец?

— С господином Морриганом познакомился уже здесь. Как я понял, моя мать была в ужасе, что я оказался в серых землях, так что она пошла на поклон и попросила присмотреть за мной. — Узнав об этом, я почувствовала облегчение. Пусть отчим Каса и урод, каких поискать, но мать его любит. — Оказывается, они встречались еще в академии. Тогда, забеременев, она обратилась к семье, ничего не рассказав ему. Он пытался вернуть ее, но его даже на порог не пустили. Обвинили в том, что он ее опозорил, назвали недостойным… Мой дед вообще его чуть не убил, как выяснилось.