Книга Ловушка для артефактора, страница 245 – Диана Рахманова

— Скорее всего просто не хотел делиться с тобой наследством.

— Скорее всего?

— Узнать наверняка уже невозможно, — сказал мастер Валленштайн, — твоего родного дядю убили пять лет назад в пьяной драке.

— Спасибо, что выяснили правду, — в глазах закипали слезы, но я нашла в себе силы говорить спокойно.

— Это меньшее, что я мог сделать для тебя, — грустно улыбнулся наставник, сжимая мою ладонь. — Может, встретишься со своими бабкой и дедом?

— А они хотят? — уточнила с сомнением.

— Ещё как! — Одуванчик яростно закивал, отчего пушистые кудряшки на его голове запрыгали. — Просто дают тебе время. Если решишься, я организую встречу.

Я кивнула, принимая информацию, но ответа не дала. Как-то все слишком неожиданно.

— Ну что, едем за сюрпризом? — со спины подкрался муж и сжал меня в объятиях, целуя в макушку.

Мастер Валленштайн пожелал нам повеселиться и двинул в сторону господина Морригана.

— Ещё спрашиваешь! — заявила Касьяну, разворачиваясь в его руках.

Я до последнего не обращала внимания, куда мы едем — слишком уж увлеклась поцелуями со своим — теперь уже — мужем! И когда пришлось покинуть уютную кабину повозки, с удивлением поняла, что находимся мы в торговых рядах!

Народ таращился на меня как на чудо или, скорее, чудачку! Пришла на базар в свадебном платье!

Переднами был двухэтажный домик, с магазинчиком на первом этаже и жилой зоной на втором. Домик этот я узнала. Заприметила его, когда гуляли с Касьяном. Домик как домик, но я была очарована. Все в нем дышало гармонией. Окно — витрина радушно показывало нутро пустующей лавки: прилавок с надежной столешницей и старенькой кассой-арифмометром, светлые стены, а на них добротные полки для товаров… как хорошо на них бы смотрелись красивые шкатулки для моих артефактов. И никак иначе, потому что мои изделия были бы сплошь уникальными… Но, больше всего мне нравился фасад из темно-желтого глазурованного кирпича. Он был похож на леденцовые подушечки, опрятно уложенные в подарочную коробку. Этот домик был воплощением моей мечты, которую я лелеяла все семь лет учебы. А на ручке коричневой филенчатой двери висела заветренная пыльная вывеска «Продается».

Кас посмотрел на недоумевающую меня с загадочной полуулыбкой и, не дожидаясь ответа, снял табличку с двери. Не успела я поинтересоваться, что он творит, как муж вытащил из кармана брюк затейливый бронзовый ключ явно гномской работы. И протянул его мне на широкой, такой родной ладони.

— Зайдем?

Я все еще не понимала.

— Ну что ты так растерялась? Тебе не нравится мой подарок?

— Это наше?

Радоваться было страшновато, мечты, ведь, никогда не сбываются так буквально! Если вообще сбываются!

— Ну да, наше. Я вчера внес первый взнос. Ты вроде всегда мечтала о таком, чем не свадебный дар?

Трясущимися руками я вставила в замочную скважину ключ. Приветливо щелкнул замок. Дверь открывала с чувством, что это дверь в новую жизнь. Жизнь, полную счастья и любви.

Радостно вспыхнули магические светильники.

Мы дома.

15 лет спустя.

Девять представителей академии стояли полукругом перед толпой детворы, поступившей на первый год обучения в академию магии, и пытались понять, на кого же сработал артефакт, определяющий тьму?

Под хмурыми взглядами новые студенты чувствовали себя крайне неуютно. А преподаватели тем временем вели мысленный диалог.

— Может, артефакт барахлит? — предположил мужчина, на чьей груди висел медальон факультета огневиков. — Я ничего не чувствую. Ни единого отголоска тьмы.

— Это у тебя в голове что-то барахлит! — с едва уловимым раздражением ответила ему девушка с ярко-рыжими волосами, которую все знали как декана факультета артефакторов. — Если сработал, значит была причина!

— Да тут этих потенциальных причин несколько сотен! — разнервничался заместитель ректора. — Как искать будем?

— Думаете, время пришло? — ни у кого конкретно и сразу у всех спросила женщина с белой косой, у которой на запястье был такой же брачный браслет, как и у здоровяка-огневика.

— Ну, если верить бабке, то да, — заявил один из близнецов. А второй продолжил мысль: — Вопрос, как понять, кто из них приспешник тьмы, а кто луч света?

— Напомните, а с чего мы вообще решили, что это два разных человека? — задумчиво поинтересовалась рыжая, выцепив из толпы худую фигурку. — Это случайно не дочь Мирона и Агнесс?

Взгляды всех преподавателей устремились к девочке, стоящей чуть в отдалении от общей толпы. От такого внимания ей стало нехорошо.

— Точно, она! — возликовал декан боевого факультета. — Вылитая копия Мирона!

— Вот и я думаю, что она, — вздохнула его супруга, — наша проблема.